Главная страница
Главная страница
Հայերեն | Русский    Карта сайта
RSS News RSS
  От издателя
Ретроспектива Ретроспектива
Хроника месяца и обзор номера Хроника месяца и обзор номера
Мир за месяц Мир за месяц
Жемчужины отечественной мысли Жемчужины отечественной мысли
Политика Политика
Геополитика Геополитика
СНГ СНГ
Государство и право Государство и право
Общество и власть Общество и власть
Экономика Экономика
Полемика Полемика
Наука и образование Наука и образование
Культура и искусство Культура и искусство
История История
Город и провинция Город и провинция
Политические портреты Политические портреты
Воспоминания Воспоминания
Цитаты от классиков Цитаты от классиков
Пресса: интересное за месяц Пресса: интересное за месяц

 Статьи


Общество и власть

Общество и власть
Декабрь 2008, N 9

«СЕЙСМОФОБИЯ»: ПЕРИОДИЧЕСКАЯ БОЛЕЗНЬ ИЛИ АРМЯНСКАЯ ЛИХОРАДКА

Арис Казинян, главный редактор журнала «Национальной идеи»

«Эта катастрофа потрясла не только всю толщу земной коры, но и всю толщу нашего общества. Рухнуло все, что прогнило: неоправданно оптимистическая схема сейсмического районирования Армении и намеренно удешевленные конструкции многоэтажных зданий, зарегулированная система гражданской обороны и беспомощная система местной администрации. И сколько бы ни митинговали люди, никуда не деться от факта, что десятки тысяч армян убиты теми, кто спроектировал неустойчивые здания, кто украл цемент и тем самым сделал бетон рассыпчатой трухой, теми, кто не заварил должным образом арматурные стыки, из-за чего железо-бетонные панели из опор превратились в надгробия. Свой крест, свою вину будем нести и мы, члены редакционной коллегии Карты сейсмического районирования СССР (ОСР-78), допустившие то, что на Кавказе были приняты заниженные оценки сейсмической опасности».

Н. Шебалин - заведующий лабораторией сильных землетрясений Института физики Земли АН СССР, доктор физико-математических наук

С трагическим признанием известного ученого, расписавшегося и под собственной виной, трудно не согласиться. Разработанная для территории Армянской ССР карта сейсмического районирования ОСР-78 действительно была преступно ошибочной. Составители карты рассматривали опасные сейсмогенерирующие структуры лишь в пределах самой республики; придавая большое значение меридиональным структурам на западе Армении, они не обратили внимания на мощное ответвление Северо-Анатолийской региональной системы разломов - так называемый Базумско-Севанский разлом с его высоким сейсмическим потенциалом. Помимо прочего, составители карты всячески занижали балльность (а следовательно, и магнитуду) известных из истории сильнейших землетрясений - например, того же Двинского (893г.), жертвами которого стали более 120 000 человек. Достаточно отметить, что   для его эпицентра оценка интенсивности была занижена на 2 балла, а магнитуда - на 1,2-1,5 единицы. Впрочем, решающим стало давление Госстроя СССР, возражавшего против «утяжеления» карты сейсмического районирования и неизбежно связанного с этим удорожания строительства. Именно это давление, в конечном итоге, и не позволило редакционной коллегии карты настоять на повышении сделанных составителями оценок.

Увы, дело было не только в одной карте. Само качество строительных работ не соответствовало даже заниженным показателям ущербной схемы сейсмического районирования. Позже вполне конкретный ответ на этот трагический вопрос был дан в официальном отчете группы специалистов, работавших по заданию специальной комиссии Политбюро ЦК КПСС: «основной причиной катастрофических последствий землетрясения стала не столько специфика толчков, сколько недопустимые отступления от норм проектирования, вопиющие недостатки самих проектов и необычайно низкое качество строительства…  массовый брак во всем строительном цикле в течение десятилетий… Вот лишь два факта, ставших известными при обследовании разрушенных жилых зданий. В Ленинакане остовы 5-этажных панельных домов остались стоять, но внутри них все конструкции рухнули вниз. Причина: балки внутри были просто положены на боковые выступы, но не заварены. В Спитаке фабрика была построена так, что полочки для перекрытий оставлены шириной 5 см вместо 15см. Естественно, фабрика рухнула…».

Впрочем, все это действительно было позже…

 

***

7 декабря 1988г. Советская Армения ожидала «Московских новостей». Не одноименной газеты, которая именно в перестроечные годы стала особенно популярной, а именно вестей из Кремля. Хотя руководителя советского государства в стране не было - он находился с визитом в США - однако население республики все еще надеялось на какие-то позитивные сдвиги на предмет более адекватного восприятия сути карабахской проблемы со стороны дряхлого президиума партии и советского руководства.

Ждали вестей и непосредственно из Нагорного Карабаха: по последним и, конечно же, неподтвержденным сообщениям, во время очередной ночной атаки противника, армяне потеряли еще около 10 человек. Точных данных никто, разумеется, не приводил, однако было ясно главное - у армян вновь потери.

День выдался будним, а посему все советские госучреждения, а вместе с ними - выросшие как после «перестроечного дождя», но контролируемые партийной мафией «частные кооперативы», формально работали. Впрочем, к этому времени 11-месячное Карабахское движение уже успело отметиться в том числе и массовыми забастовками, вследствие чего сам термин «рабочий день» именно на территории Советской Армении давно уже носил несколько условный характер. Да и в рабочие часы «благонадежный  элемент» все равно обсуждал один единственный вопрос и… ждал новостей. Из Москвы, из Вашигтона, из Нагорного Карабаха…

Ближе к полудню все перевернулось вверх дном; судьбе было угодно, чтобы именно в этот день все главные новости  поступали бы не из Москвы или Вашингтона, а именно из Советской Армении. 7 декабря 1988г. все действительно встало с ног на голову. В науке это называется землетрясением.

В промежутке считанных секунд около миллиона армян потеряли своих близких - детей, родителей, братьев и сестер; многие семьи так и погибли - не родившись... По официальным данным, Спитакское землетрясение стоило жизни 25 000 людей. Точных данных никто, разумеется, не приводил, однако было ясно главное - у армян вновь потери.

 

***

К этому времени население Советской Армении научилось двум вещам: верить (в справедливость западного общества и, почему-то - в безоговорочную поддержку Запада) и не верить (в справедливость социалистического строя, и, почему-то - в безоговорочное предательство кремлевского руководства). Границу, между двумя этими похожими понятиями определяло Новое время.

Впрочем, несмотря ни на что, население не теряло надежды. Более того, оно доказало, что надежда не только обладает свойством «не умирать первой», а что она вообще бессмертна. И даже, в страшные дни Спитакского землетрясения, когда казалось, что костлявые руки Армагеддона достучались до окон армянского дома, население Советской Армении надежды своей не теряло.

Оно могло себе позволить закидать яблоками прибывшего в республику Михаила Горбачева и требовать от него исторической справедливости. Бедный глава советского государства, который не только прервал свой американский визит для того, чтобы с Раисой Максимовной посетить Зону бедствия, но и пообещал населению в течение ближайших двух лет полностью реабилитировать едва ли не пол-Армении, конечно же, недоумевал: как это вообще возможно, в такие трагические дни? Первый президент СССР, потому видимо и стал последним, что никогда адекватно не ощущал трансформацию своего перестроечного общества.

Месяцами раньше население Советской Армении уже успело закидать такими же тухлыми яблоками своего коммунистического лидера Карена Демирчяна, чем и вынудило его в конце-концов уйти в отставку. Мотивировка была неизменной – несостоятельность и нежелание руководителя республики на предмет отстаивания интересов народа Нагорного Карабаха перед кремлевским руководством и, что особенно важно, собственным народом. Конечно, это было еще до землетрясения, но и после него, население республики обвиняло партийную мафию в отмывании большого количества денежной массы за счет малого качества строительных работ.

Между прочим, обвинения эти не были лишены оснований: в одном только Ленинакане (старый Александрополь, современный Гюмри) погибло около 12 000 человек, причем в абсолютном своем большинстве была разрушена именно новая городская застройка. Но об этом чуть позже… 

 

***

Конечно, армянские города и храмы рушились и прежде. Первые из известных землетрясений датируются весьма ранним периодом. В частности, основание крепости Эребуни урартским царем Аргишти I ознаменовалось помимо всего прочего и мощнейшим сейсмическим толчком 782г. до н.э. Армянская история действительно знает немало «черных юбилеев»: первое землетрясение произошло ровно за 2770 лет до катастрофического сдвига под Спитаком.

Из наиболее ранних землетрясений известно также Араратское, датируемое 555г. до.н.э. Вследствие мощных сдвигов иногда возникали и новые формы рельефа. Например, сильнейшие толчки 139г. н. э. привели к образованию гигантского обрыва на восточном склоне Большого Арарата, прекрасно просматривающегося и сегодня.

Описания сильнейших толчков оставили средневековые армянские летописцы - Степанос Орбелян (Вайоцдзорское землетрясение 735г.), Товмас Арцруни и Ованес Драсханакертци (Двинское землетрясение 893г.), Киракос Гандзакеци (Гандзакское землетрясение 1138г.), Закрия Канакерци (Гарнийское землетрясение 1679г.) и другие.

В течение последних двух столетий Армянское нагорье также сотрясалось вследствие мощнейших сдвигов. В частности, в преддверии штурма Ереванской крепости в 1827г. произошли сильнейшие толчки в районе современного Цахкадзора. Наиболее мощным землетрясением позапрошлого века считается Араратское (2 июля 1840г.), в свою очередь, причинившее множество бед и лишившее жизни тысячи и тысячи людей. Вследстве этих толчков было уничтожено расположенное на склоне Большого Арарата селение Акори.

Прошлый век также отметился «своими землетрясениеми». Многочисленными разрушениями и новыми жертвами они напоминали о себе в Горисе (1920г.) и Эрзруме (1924г.), Ленинакане (1926г.) и Зангезуре (1931г.), Текоре (1935г.) и Каджаране (1968г.), Чалдране (1976г.) и Шираке (1988г.), а в последнее десятилетие прошлого века - также в Горисе и Ноемберяне. Каждый катаклизм имел свою легенду. В частности, описанное еще Птолемеем землетрясение 139г. н. э. породило множество толкований и легенд. Впрочем, не только оно одно: средневековый епископ Ефрем, в свою очередь, выдвинул версию о том, что именно из-за сильнейшего сейсмического толчка 341г. некогда единая гора Арарат и раскололась на две вершины.

Легендой Спитакского катастрофического землетрясения стал миф об его искусственной природе. Многие были уверены в том, что толчки были спровоцированы советским руководством с целью заставить армян замолчать…

 

***

Именно тогда стала озвучиваться мысль о том, что сильные землетрясения «весьма странным образом совпадают с политическими потрясениями». Говорилось о некой «Эшерской лаборатории» в Абхазии, которая представлялась в качестве имитатора сильных землетрясений. Иными словами, доказательством возможности спровоцировать искусственные толчки.

О том, что недалеко от Гудауты находится засекреченная сейсмологическая лаборатория, способная воспроизводить сильные землетрясения, было известно еще в период существования СССР. «Эшерская лаборатория» являлась одной из десяти подобных на территории Советского Союза. Все эти центры находились в ведении специальных геофизических батальонов, подготавливаемых на закрытом военном объекте «Загорск-7» под Москвой, и подчинялись Генштабу СССР.

Данный объект создавался в 1960-х годах с целью разведывательных работ и был оборудован сверхчувствительной аппаратурой для сейсмологических исследований. Целью лаборатории являлось отслеживание передвижения кораблей и подводных лодок на Черном и Средиземном морях, а также, тяжелой техники на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Создание таких центров в СССР было обусловлено наличием тектонического оружия у США, где уже в 1962г. началось осуществление подземных испытаний. «Эшерская лаборатория» также располагалась под землей на глубине 150-200 метров.

О глобальной угрозе тектонического оружия и уровне развития соответствующих технологий свидетельствует тот факт, что в конце 1970гг. США и СССР заключили соглашение, запрещающее разработки в области геофизики, которые могли бы использоваться в военных целях. Тем не менее разработки, разумеется, продолжались. Весьма любопытную информацию на этот счет в 1993г. обнародовал известный советский перебежчик генерал-майор КГБ Олег Калугин. Он заявил о том, что СССР всегда активно интересовался возможностью использования геофизического оружия, а эксперименты, в основном, были направлены на создание искусственных землетрясений и моретрясений (цунами), способных разрушить тихоокеанское побережье США.

Недавно были проведены уникальные эксперименты на южном берегу Байкала по искусственной имитации землетрясений. Они проводились с помощью самого мощного в мире стотонного сейсмовибратора, который имитирует сейсмоизлучение на расстоянии более 400 километров. Проводимые бурятским филиалом Алтай-Саянской опытно-мониторинговой сейсмологической экспедицией работы имели целью изучение Байкальской рифтовой зоны. Подобные эксперименты в целях исследования грабена Мертвого моря (Великий африканский разлом) проводит и Израиль.

Примечательно, что современная наука еще не в состоянии прогнозировать землетрясения с максимальной точностью даты, места и силы. Такое возможно лишь в случае искусственных толчков. Особого упоминания в данном аспекте достойно заявление председателя комитета по вопросам информационной политики администрации Томской области Валерия Уйманова, который до недавнего времени работал в КГБ СССР, а после - в ФСБ РФ. В 2002г. он заявил буквально следующее: «Я припоминаю научную конференцию по этой проблематике, которая проходила в Политехническом институте. Ее тезисы запрашивали центральные органы безопасности. Там был один доклад, посвященный прогнозированию землетрясений, в котором говорилось, что в ближайшее время будет землетрясение в Спитаке, а через месяц - в Таджикистане. Спитакское землетрясение совпало день в день, а таджикское - плюс-минус одни сутки».

Конечно, мы далеки от мысли «констатировать» факт искусственной природы Спитакского землетрясения, однако такова была легенда того времени и той трагедии. По информации профессора Александра Манасяна, «накануне катастрофы с настоятельными призывами спешно покинуть Армению обратились к азербайджанскому населению лидеры Народного фронта Азербайджана».

 

***

На самом деле все обстоятело иначе. По основным параметрам очага - это было обычным крупным тектоническим землетрясением, причем подобные толчки регистрируются весьма часто. Достаточно велика была его магнитуда - интенсивность очага по шкале Рихтера; эту величину, характеризующую именно очаг землетрясения, не следует смешивать с интенсивностью проявления землетрясения на поверхности Земли - «балльностью»; у любого землетрясения магнитуда одна, как бы и где бы ее ни измерять; балльность же землетрясения максимальна в эпицентре и спадает до граничных двух баллов (граница ощутимости) к периферии зоны землетрясения. Магнитуда Спитакского  землетрясения М = 7,0 (7,1). Балльность в эпицентре - 10 баллов по международной 12 бальной шкале интенсивности Медведева – Шпонхойера - Карника (MSK – 64). Глубина гипоцентра составляла примерно 10- 20 километров. Десятибалльная зона землетрясения имела вытянутую форму и размеры примерно 16 на 6 километров. Овальная 9-балльная изосейста (граница девятибалльной зоны) охватила район размером 40 на 21 километр. Начиная с 7 баллов, изосейсты имели округлую форму. Землетрясение 7 декабря ощущалось на северо-западе вплоть до Сухуми, на востоке - почти до Баку.

Спитакское землетрясение имело и свои индивидуальные черты. Его особо печальная особенность  в том, что по числу жертв и убытков оно превысило среднемировые пределы для магнитуды такого уровня. Это связано как с природными причинами, в первую очередь с близостью очага к поверхности Земли, так и с чрезвычайно низким качеством строительства в пораженной зоне.

С достоверностью известно, что с лета 1988г. на записях сейсмической станции «Степанаван» отмечались слабые предварительные толчки, но, к сожалению, не было способа понять, являлась ли серия слабых толчков событием, предваряющим сильное землетрясение, или же это было самостоятельным явлением. К числу непроверенных фактов относились и потепление воды в источниках вблизи будущего эпицентра, и ранняя пожухлость травы в этих местах. Возможно, в специальной и популярной литературе будут ретроспективно упомянуты и другие явления.

По мощности Спитакское землетрясение было даже слабее последующих Рачинского (1991г.), Нефтегорского (1995г.), Сахалинского и Алтайского (2003г.), но по последствиям неизмеримо страшнее. Утративших крышу над головой насчитывали, по разным оценкам, от 350 до 514 тысяч человек. Особо оспаривался и вопрос о числе жертв землетрясения. Официальная статистика остановилась на цифре 25 000 человек (24 985 погибших по официальной справке Минздрава республики), которая и поныне кочует из публикации в публикацию. Не стоит однако забывать, что это число только обнаруженных и зарегистрированных тел; за первые 10 дней из-под развалин извлечено 23,7 тыс. тел. А сколько там осталось?

Действовавшая в Армении сразу после трагедии общественная группа «Поиск» через год объявила о 66 000 без вести пропавших. Даже если допустить, что две трети из них обнаружились или попали в списки по ошибке, оставшихся придется считать погибшими. Некоторые специалисты (главным образом, в России) считают, что общее число погибших порядка 30-40 000 человек не может считаться преувеличением.

 

***

Что-то роковое витало в безоблачном небе Армении в 1987г. Почему-то именно тогда стали появляться очень смелые планы по повышению качества строительства армянских городов и по переходу на монолитное домостроение. Как раз с этой целью в Ереван на должность председателя Госстроя, заместителя Председателя Совета Министров Армянской ССР и был командирован из Москвы Вардгес Арцруни. Увы, истории было угодно, чтобы этот профессионал стал главой республиканского штаба по ликвидации последствий Спитакского землетрясения.

Сразу после толчков в Ленинакан прибыли секретарь Компартии Армении Сурен Арутюнян, секретарь ЦК по промышленности Карлен Гамбарян, сам Вардгес Арцруни и заместитель председателя Совета Министров СССР Борис Щербина (кстати, роль ныне покойного Щербины в зоне бедствия еще до конца не оценена. Получив значительную дозу радиации во время спасательных работ в Чернобыле, он самоотверженно трудился в зоне армянского землетрясения и не хотел покидать ее, хотя чувствовал себя хуже и хуже).

8 декабря позвонил Везиров - лидер азербайджанских коммунистов. Сказал, что знает о трагедии, сочувствует, но помощи не предложил. Затем позвонил заместитель председателя Совмина Грузии Лабахуа. Ему было сказано, что Армения сама не справляется и что нужна техника и вообще – любая помощь. Уже под утро грузинские машины «скорой помощи» стали увозить раненых в Тбилиси. Далее было сообщено, что техника из Грузии застряла в снежных заносах Гукасянского перевала. Кое-как доставили два экскаватора на кладбище в Ленинакан и стали копать траншеи, чтобы хоронить людей.

Было принято распоряжение о прекращении всех строительных работ в республике и формировании механизированных колонн с кранами, экскаваторами, бульдозерами с целью направить их в зону бедствия. Через два часа укомплектованные бригады спасателей и техника стали прибывать в район трагедии. Таким образом и именно в таких условиях начались спасательные работы. Стемнело рано, электричества не было, люди разожгли костры и продолжали работать всю ночь. Было дано также указание отправить все имеющиеся в республике передвижные электростанции в Зону бедствия. Но возникали все новые проблемы. К примеру, 7-8 декабря, когда из-под руин извлекались тысячи и тысячи тел, стояла положительная температура. Вставал вопрос с захоронениями, нужно было избежать эпидемий. Погибших доставляли на стадион, фотографировали с номером на груди и только после этого хоронили. Это делалось на случай, если найдутся родственники, нужно будет опознать погибшего и найти могилу.

За первые трое суток из-под развалин удалось спасти десятки тысяч людей. Во все остальные дни спасенных было меньше, да и находились они в тяжелом состоянии. На четвертые сутки, когда родственники погибших немного отошли от шока, они стали штурмовать штабы по ликвидации последствий Спитакского землетрясения и и требовать краны, экскаваторы. Конечно, людей можно было понять: они слышали из-под развалин голоса своих оставшихся в живых родных, а извлечь их без техники было невозможно, хотя от работы вручную у всех руки уже были стерты до крови.

Из Москвы уже 8 декабря прилетела бригада высококвалифицированных медиков (98 человек) с лекарствами и оборудованием во главе с министром здравоохранения Евгением Чазовым. Срочно прибывшие из Грузии с оборудованием и медикаментами врачи в первую же ночь прямо на открытом воздухе при свете автомобильных фар начали делать неотложные операции. Затем стали прибывать медики из других городов страны и из-за рубежа. В первые же сутки, уже к вечеру, спонтанно начал действовать штаб спасения на базе районного КГБ. На следующий день добровольные отряды из Еревана, Аштарака, Раздана уже пытались, не имея никаких технических средств, найти места бывших больниц и детских учреждений и начать разборку завалов. Поднятые по тревоге курсанты высшей школы МВД СССР сутками напролет старались навести порядок в городе, организовать спасение людей из-под завалов, обеспечить пострадавших предметами первой необходимости.

Завалы вручную разбирали и около 1200 мобилизованных солдат (всего их потом работало около 19 тысяч). Они же несли охрану объектов. Спасением ценностей занимались сотрудники КГБ. Военные ветеринары сразу развернули только в Спитаке 30 пунктов питания и обеспечили необходимый санитарный контроль за стихийно прибывавшими из разных мест страны продуктами, в том числе и скоропортящимися. За санитарной безопасностью следили соответствующие службы Минздрава СССР и военно-ветеринарного отдела Минобороны СССР. В результате землетрясения погибла масса скота, в огромном количестве появились крысы, были нарушены источники питьевой воды, в этих условиях санитарные бригады из Ростова и Саратова фактически предотвратили вспышку чумы.

Николай Иванович Рыжков прибыл на второй день. Под его руководством в Армению стали прибывать самолеты «Антей» с тяжелой строительной техникой из России. Затем он распорядился, чтобы прислали в республику гробы, вследствие чего на Кубани наладили массовое производство гробов. В дальнейшем техника стала поступать и из других стран. К примеру, Германия прислала сразу 18 100-тонных кранов марки «Либхер». Поступившую технику посылали для спасательных работ в школы, детсады, в больницы. Во дворе школы лежали тела погибших детей в колготках, с запыленными лицами. На это невозможно было смотреть…

В течение 30-40 дней из-под руин были извлечены почти все живые, и уже возникла необходимость решать вопросы размещения в Армении строительных подразделений из 14 республик СССР для восстановительных работ. Конечно, это было непросто - в кратчайший срок решить эти вопросы, а также подготовить генеральные планы городов, поселков, деревень. Также очень непросто было обеспечивать их местными стройматериалами, базами для разгрузки и т. д. К этим объективным проблемам добавились еще и субъективные. Азербайджан стал задерживать грузы, а цементные вертушки прибывали залитыми водой, в испорченном виде. Потом в Азербайджане стали задерживать и продукты, чтобы они успели испортиться. Впрочем, вскоре через Азербайджан и вовсе перестали поступать железнодорожные поезда с гуманитарной помощью из других стран.

 

***

9 и 10 декабря были объявлены в Армении днем национального траура. 10 декабря  - траур уже во всей стране. Обнародовано сообщение от ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета ССCР и Совета министров»:

«… в ряде районов Армянской СССР произошло землетрясение с большими трагическими последствиями. Сила толчков в эпицентре в районе г. Ленинакана составила свыше 10 баллов... Стихийное бедствие охватило территорию с населением свыше 800 тысяч человек. Имеются тысячи погибших, десятки тысяч раненых, сотни тысяч людей остались без крова... В Ленинакане разрушено более 80% жилых, служебных и производственных помещений. Полностью уничтожено 120 зданий. Все 11 000 личных домов повреждены или частично разрушены... Практически полностью разрушен город Спитак и большинство сел Спитакского района... Повсеместно повреждены дороги, железнодорожные пути, выведены из строя объекты энергообеспечения, телефонной связи, дорожного и коммунального хозяйства…

Комиссия Политбюро ЦК КПСС... осуществляет срочные меры...»

В ночь на 9 декабря 1988г. пошел мелкий снег и дорисовал своим веселым новогодним кружением иррациональную картину страны, треть которой была задавлена землетрясением. Более трех сотен городов и сел, жилые дома, школы, больницы, дороги, производственные комплексы, мосты, аэропорты, связь от Артика до Гукасяна, от Алаверди до Степанавана представляли собой ломти гигантской запекшейся инфраструктуры, под которой - погибшие люди и вероятность новых смертельных толчков. А на всей пораженной территории - месиво из развороченных строений, плач, гробы, люди, покалеченные стихией и горем. Еще находили живых, когда проектировщики, плановики, экономисты, конструкторы сели за планы и проекты восстановительных работ. Казалось невероятным преодолеть ужас, висящий над севером страны, и внести хоть какой-то разумный порядок в это крошево разрушенных городов, сел и человеческих судеб. В этом стоне, панике, горе, в этом, казалось, бесконечном ужасе начался спор о принципиальном подходе к восстановительным работам: что поднимать в первую очередь - жилье или производство?

Времянки рассматривались именно как времянки. Решениями Политбюро ЦК КПСС и Совета Министров СССР и выделенными средствами предполагалось восстановить зону бедствия за два -три года. В плане восстановления предпочтение в сроках было отдано жилью: нужно дать людям крышу над головой, а уже потом работу - звучало на совещаниях всех уровней... Тысячи специалистов приехали в Армению со своими стройматериалами, стройтехникой и питанием, они приступали к работе, едва их поезда размещались где-нибудь под Ленинаканом или Кироваканом. Тяжело груженные эшелоны, автоколонны и грузовые самолеты везли в полуразрушенную Армению не только все необходимое для жизни и восстановительных работ на сотни миллионов рублей, но и человеческую любовь, сострадание, соучастие... Жизнь в этой разгромленной части страны всеобщими усилиями стала налаживаться и приобретать сравнительно разумный ход.

После катастрофы в Армению неделями и месяцами шла гуманитарная помощь. Шла непрерывно по всем транспортным путям, только самолетов пришло 346 из 44 стран. Финансовая помощь более чем из 33 стран поступала от правительств, фирм, различных обществ, частных жертвователей, не говоря уже об армянской диаспоре за рубежом, миллионами, десятками, а то и сотнями миллионов долларов, фунтов, марок, иен, крон, миллиардами итальянских лир. Только в США собраны сотни миллионов долларов.

 

***

10 декабря – в день траура, были арестованы члены комитета «Карабах», которые полгода провели в московской тюрьме «Матросская Тишина». Уже к лету эмиссары АОД решились на политмошенничество, в будущем возведенное ими в норму управления соотечественниками. «Свой дом мы должны построить сами», - звучали заявления национальных лидеров, превративших в предмет политических спекуляций даже судьбы тысяч потрясенных людей. Русских, эстонцев, казахов, узбеков, белорусов буквально выталкивали из Армении, чтобы «свой дом строить самим»...

Кто остался на замерших стройках на долгие мучительные для обитателей зоны годы после того, как их покинули приезжие строители? Никто. Аодовский режим благословил разграбление колоссальных материальных ценностей и техники, сосредоточенных на стройплощадках зоны бедствия, и строительство особняков - отчасти за счет награбленного, буквально вырванного из рук искалеченного судьбой населения зоны. Трудно найти объяснение, но факт остается фактом: во внушительном списке антинародных действий АОД редко фигурирует преступное бездействие в Зоне бедствия. Благословив мародерство в зоне и разграбление всего, что можно было продать или присвоить, они наглухо забыли о тысячах людей, не успевших оправиться после ужаса, обреченных влачить жалкое существование в нищих времянках.

Как это ни парадоксально, но первый президент Армении, ввиду, вероятно, особой своей занятости, только в 1996г. соизволил посетить бедствующий центр Ширака, как, впрочем, и всей страны - Гюмри. Жители города, разумеется, до сих пор прекрасно помнят это историческое событие и обещание, данное Левоном Тер-Петросяном в ходе визита: «В 2000 г.  с понятием Зона бедствия будет покончено».

Впрочем, к тому времени население республики давно уже перестало верить в него, если не сказать больше. То обстоятельство, что глава государства счел необходимым побывать в разрушенном Гюмри - втором городе республики, исключительно в контексте предвыборной президентской кампании, но никак не более, только добавило цинизма в и без того столь запоздалое мероприятие. Десять лет новорожденные учились ходить и жить в условиях, близких к социальному гетто, а они даже исключили из бюджета нескольких лет статью, предусматривающую финансирование восстановления зоны.

 

***

После падения аодовского режима бюджет страны не претерпел существенных изменений, но отношение к Зоне изменилось радикально. Именно с приходом к власти Роберта Кочаряна началась разработка уже VIII по счету генерального плана второго города республики в расчете на максимальный демографический показатель - 250 000 жителей. Примечательно, что первый генплан был начертан русскими архитекторами еще в 1837г. До революции было разработано еще два генплана, что свидетельствует о достаточно интенсивном развитии приграничного Александрополя. Необходимость создания IV по счету генплана была обусловлена землетрясением 1926г (позже, в середине века, он был откорректирован – V план). Непосредственно перед Спитакскими толчками, был разработан уже VI по счету генеральный план города. Уже после 7 декабря 1988г. возникла необходимость разработки нового плана, который создавался второпьях и по мнению специалистов изобиловал ошибками. Поэтому, собственно, и возникла необходимость в разработке VIII генерального плана.

В чем же главное различие последнего генплана от предпоследнего? До катастрофы градостроительная концепция подразумевала консервацию старого города на имевшейся застроенной территории с перспективным строительством (по мере необходимости) по трем направлениям (Ахурян, Бениамин, Аревик) городов-сателлитов, входящих в Большой Гюмри. Землетрясение все изменило. Озвученная Горбачевым установка о восстановлении зоны бедствия за два года диктовала иные подходы и решения.

К тому же армия строителей не обладала опытом работы на местности с рельефом. Только равнинный ландшафт. И поэтому союзные и республиканские власти и специалисты обратили взоры на север от Гюмри, на плодотворные земли. Попытки отдельных специалистов переубедить оппонентов оказались тщетны, хотя некоторые доводы (на совещании в Ленинакане) показались резонными Николаю Рыжкову. В какой-то момент вроде бы решили повременить, сделать упор на Ванадзор, чтобы тщательнее разобраться с направлениями развития Гюмри. Но потом вернулись к северному варианту.

Чем он был так плох? Во-первых, при скудости земельных угодий 1000 га чернозема были безвозвратно утеряны. Во-вторых, выяснилось, что под черноземом крайне опасные при землетрясениях глинистые грунты, которые сжижаются и скользят в разных направлениях. И строить здесь нецелесообразно и дорого Но выбор уже был сделан. До развала Союза на этом направлении была достигнута 30%-ная готовность земляных работ. И если бы СССР простоял еще лет пять, возможно, многие здания успели бы завершить. Но тогда, помимо не самых надежных строений на окраинах, мы имели бы еще и глобальную проблему старого Гюмри с его еще не разобранными завалами и аварийными домами.

Разработка VIII генплана началась в 2000г. с изысканий сейсмического характера. В нынешней реальности понятие «балльности» землетрясений в строительстве сменяется термином «ускорения грунтов при сейсмическом воздействии». Измеряется это коэффициентом «д», и чем он меньше единицы, тем целесообразнее строить. Исследования показали, что город был основан в крайне уязвимом месте, где этот коэффициент колеблется от 0, 37 до 0, 50. А это означает, что следует резко понизить этажность строительства. Не больше трех этажей, а в центре и три - много.

 

***

После отставки Левона Тер-Петросяна отношение к Зоне действительно изменилось. Во-первых, в бюджете 2001г. на ее восстановление было направлено 3,5 млрд драмов: сумма, конечно, была мизерной, но все же…

Стесненность бюджета, во многом продиктованная огромным внутренним долгом в 50 млрд драмов, также унаследованным от правления АОД, не только компенсировалась, но и значительно дополнялась весьма солидными многомиллионными инвестициями фондов «Линси», «Карен и Джон Хансман», «Айастан», социальных инвестиций…

День 15 ноября 2002г. выдался на редкость патетичным. Патетика присутствовала во всем. Солнечный диск висел необычайно высоко для этого периода года, небо было синим, как лазурит, а воздух прозрачным, как кристалл. Знакомый рельеф родного нагорья выделялся удивительной ясностью линий и в своем зональном отображении обеспечивал наличие чередующихся в пространственной глуби шести-семи планов. На заднем плане властвовала снежная вершина Арагаца.

Божественный лик умирающего, но, как правило, всегда возрождающегося Ара Прекрасного и в данном случае остался верен своей природе, чем, собственно, и спровоцировал ожидание чуда огибающих склоны горы Арагац путников. Впрочем, чудес армянская земля, право же, знает немало. Причем не только языческих, но и современных.

Чем, если не чудом, следует называть удивительную способность жителей зоны Спитакского землетрясения годами ютиться в холодных, темных и сырых бараках и при этом не терять веры в жизнь? Создавать семьи, растить и воспитывать детей, строить планы на достойное будущее. Многие - известное дело - до сих пор не иначе как Зоной именуют развалившийся в секунду северо-запад республики.

Как, если не чудовищным, следует называть почти 10-летнее безразличие отечественных властей к проблемам и нуждам обескровленного населения Зоны? Многие до сих пор обзывают столь долгий период официального равнодушия - крахом армянской государственности. Я же назову это официальным фарисейством, из которого, по древнейшей национальной традиции, все равно возрождается Вера.

Чудесным выдался день 15 ноября. В Спитаке и Гюмри был праздник. Самый настоящий. Своеобразный синтез народных торжеств, каких здесь не было за весь период развития Третьей республики. Языческие хороводы и песнопения плюс государственные гимны и официальные речи. 15 ноября в Зоне сдавалась в эксплуатацию вера в государственность.

С политико-административной карты Армении на свалку истории сметались очередные несколько тысяч квадратных метров барачной площади, уступая свои места добротнейшим зданиям с теплыми, прекрасно отделанными и просторными квартирами. В восхваляемый нынче советский период такие дома строились, помнится, только по особому заказу, для особо уважаемых людей. 15ноября жители Зоны действительно ощущали себя в качестве особо уважаемых людей: более полутысячи новых квартир (275 в Спитаке и 230 - в Гюмри) обрели своих хозяев. Именно тогда Роберт Кочарян и заявил: «к концу 2003г. с понятием «Зона бедствия» будет покончено».

 

***

Конечно, было бы близорукостью или проявлением крайней предвзятости сравнивать Роберта Кочаряна с Левоном Тер-Петросяном. Мощно развернутое строительство, очевидцами которого все мы являлись, с каждым годом набирало обороты. Впрочем, и второй президент Армении не удержался и дал обещание покончить с понятием Зоны, но уже в 2003г. Однако, в состоянии ли  было лишь одно жилищное строительство раз и навсегда покончить с таким ужасным понятием? 

«Зона бедствия» - понятие не только политическое. И даже не только экономическое. В равной степени это и психологическое понятие. Она - действительно синтез равных в своей значимости политических, экономических, социальных и психологических факторов. Будучи конгломератом известных противоречий, она требует концептуального подхода, базирующегося на целостном и всеобъемлющем аналитическом материале.

Если даже вопрос рассматривать в рамках одних только строительных работ, то и в этом случае обозначенный Робертом Кочаряном рубеж все равно не представлялся реальным, особенно на фоне 9 тысяч семей, все еще продолжающих влачить существование в вагончиках  В период  президентского правления второго президента в одном  Гюмри в среднем за год сдавались в эксплуатацию около 2500 квартир. Разумеется, это уже немало. Но говорить о наличии реальных предпосылок обеспечить всех нуждающихся жильем до 2004г. изначально было не совсем оправданным обещанием. Это что касается только жилищной проблемы. Но ведь существует и с каждым днем все более актуализируется и важнейшая проблема Зоны - вопрос занятости населения. К обозначенному сроку данную задачу решить было просто невозможно.

Сегодня жители города предостерегают уже третьего главу Армении делать какие-то прогнозы с указанием на календарь. Делают это они очень по-своему и всегда колоритно: «Обозначение конкретных сроков с некоторых пор стало плохой приметой. Ставил сроки Михаил Горбачев и сгинул. Ставил сроки Левон Тер-Петросян и тоже лишился власти».

Шутить в Ленинакане любили и умели всегда. Невзирая ни на что, город и по сей день остается столицей армянского юмора. Игра слов потрясающа: «При Левоне существовал субъект критики (он сам), при Роберте - объекты критики (здания)». Емко и ясно. Есть, разумеется, и другие лаконизмы: «В феврале 1998г. Роберт Кочарян произвел государственный переворот. . . в сознании властей по Зоне бедствия».

Впрочем, переворота Гюмри явно не желает. Он требует Революции. Настоящей. Способной затронуть все аспекты единой по сути проблемы. Кажется, самый колоритный в недалеком прошлом армянский город имеет на это все права.

Нынешний же колорит Гюмри определяется в первую очередь наличием огромного количества подъемных кранов и строительной пыли. Добрая столичная оппозиция утверждает, что это не более чем «пыль в глаза». Впрочем, в Зоне думают иначе: «Пустили б эту самую «пыль в глаза» в первые 10  лет - гляди сегодня и производства бы работали».

Конечно, упущена масса времени. Сегодня осуществляется то, что должно было быть давно завершено. Однако пускаться вдогонку за упущенным временем тоже неправильно. Даже с учетом нынешних темпов строительства Зона будет существовать еще долго. Разумеется, при желании само это понятие можно отправить и в архив, но суть от этого не изменится. Обозначать какие-то сроки может себе позволить только глава очень сильного и организованного государства, один из районов которого подвергся стихийному бедствию. . .

Осознавая весь кошмар жизни в нынешнем Гюмри, вместе с тем не думаю что в Горисе, например, намного лучше. У нас пока еще очень слабая страна, в которой чтобы считаться «бедствующим», вовсе не обязательно проживать в Зоне бедствия. Большинство населения Армении влачит жалкое и недостойное существование.

Гюмриец Альберт Акопян сегодня уже живет в своей прекрасно отремонтированной квартире на улице Коштояна. Само здание усилено и реконструировано средствами фонда «Линси» и выглядит в высшей мере солидно. Более 13 лет он вместе с женой и сыном вынужден был жить в сыром самострое по соседству со своим обвалившимся домом. До землетрясения семья занимала 1-комнатную квартиру на 4-м этаже. Сегодня квартиры не узнать - качество строительства и отделка, действительно, впечатляют. Сам он доволен, однако супруга, настроена иначе: «На что мне одна комната?!. За 13 лет мой сын повзрослел и ему сегодня впору жениться. На что нам одна комната? Не уместимся мы в ней. До 1988г. наша семья стояла в очереди и, не будь землетрясения, давно бы имели новую квартиру».

Пытаюсь объяснить, что это не так. Что я сам стоял в очереди на ереванскую квартиру, однако не получил ее из-за развала СССР, но ни в коем случае - не из-за Спитакского землетрясения. Тщетно…

 

***

Истории было угодно, чтобы катастрофа произошла именно в 1988г. Этим, вероятно, и объясняется не вполне адекватное восприятие его реальных последствий. В данном аспекте мы, естественно, не имеем в виду человеческие жертвы. Это, разумеется, совершенно особый случай, не связанный с тем или иным временным интервалом. Но вместе с тем в контексте разрушенных производственных инфраструктур (в частности, в Гюмри) думается, что именно 1988г. - не самый «удобный» отрезок для определения реальных масштабов экономического ущерба. Едва ли следует оспаривать мысль о том, что 7 декабря развалилось то, что опять-таки волею истории должно было развалиться двумя годами позже. Очевидно, что в полном соответствии с распадом СССР развалилась и единая экономическая, правовая и денежно-сберегательная система. Производства не работали по всей Армении, и вряд ли стоит полагать, что в условиях экономического паралича гюмрийские заводы и фабрики в случае даже своей сохранности могли бы производить продукцию. В этом, собственно, и заключается вектор психологической составляющей восприятия понятия «Зона». Отметим, что данный вектор характеризуется достаточно широким распространением.

Хронологическая накладка природно-стихийного (с одной стороны) и политико-экономического (с другой) катаклизмов сегодня определяет соответствующее сознание очень многих жителей Зоны и ориентирует их на не самый правильный курс восприятия. Впрочем, изможденные 10-летним равнодушием властей люди, наверное, имеют право на отдельные осечки, что вовсе не делает менее актуальной необходимость функционирования в Зоне психологических служб. Вместе с тем поражает обдуманность и обоснованность заключений наших собеседников. Уж кто сегодня не имеет права на ошибки - так это официальная власть.

Зона действительно требует к себе более широкомасштабного и продуманного подхода (концепции), базирующегося в первую очередь на инвестировании производственной сферы. Это предполагает статус особой экономической зоны с соответствующим налоговым полем, призванным обеспечить такие финансовые вливания, какие, например, мы сегодня наблюдаем в Арцахе. Гюмрийцы по этому случаю говорят: «Добротные дома мы видели только во сне. Наяву же нам мерещелись заводы и фабрики».

Впрочем, каждый катаклизм имеет свою легенду. Легендой Спитакского катастрофического землетрясения, как мы заметили выше, стал миф о его искусственной природе. Многие действительно были уверены в том, что толчки были спровоцированы советским руководством с целью заставить армян замолчать…

Но армяне не замолчали. По крайней мере, тогда…

 

***

В течение последующих двадцати лет армянское общество подверглось столь чудовищной трансформации, масштабность которой сопоставима разве лишь с деформацией земной коры во время того же землетрясения. Взращенные на волне мнимого либерализма новые герои новой эпохи – в большинстве своем невежи, настолько извратили в общественном сознании само понятие «независимая государственность», что абсолютное большинство населения зоны землетрясения вновь обернулось лицом к социалистическому прошлому.

В одном из замечательных уголков старого Александрополя возвышается построенное еще в 1898г. здание местного пивоваренного завода. Будучи аккуратной старой постройкой, оно, конечно, устояло перед грозной силой сейсмических толчков, коих в этом городе всегда было немало. Впрочем, в последнее время здание несколько преобразилось. Его парадный фасад отныне украшает памятник нынешнему владельцу знаменитого завода, бывшему парламентарию от партии «Оринац Еркир» Самвелу Баласаняну. Собственноручное возведение «себя любимого» в культ, видимо, и отражает масштабы постигшей страну, и в частности этот несчастный город, ценностной трансформации.

Двадцать лет назад даже самое воспаленное воображение не могло и представить себе, что в городе Гюмри появится подобный памятник. Причем, такая дерзость весьма гармонично вписалась в контекст безразличного дня современной истории. По крайней мере, никто и не думал закидывать депутата тухлыми яблоками, как в свое время это было проделано с Горбачевым или Демирчяном.

В 1988г. никто не мог и предположить, что по прошествии каких-то десяти лет, горожане того же Гюмри отдадут свои предпочтения на президентских выборах Карену Демирчяну – человеку, который «был против самоопределения Нагорного Карабаха и нес личную ответственность за катастрофические разрушения в городе». Однако, все произошло именно так, несмотря даже на то, что оппонентом бывшего лидера Советской Армении выступал герой Карабахской войны.

Наступал период, когда армяне в конце-концов замолчали…

Share    



Оценка

Как Вы оцениваете статью?

Результаты голосования
Copyright 2008. При полном или частичном использовании материалов сайта, активная ссылка на Национальная Идея обязательна.
Адрес редакции: РА, г. Ереван, Айгестан, 9-я ул., д.4
Тел.:: (374 10) 55 41 02, факс: (374 10) 55 40 65
E-mail: [email protected], www.nationalidea.am