Главная страница
Главная страница
Հայերեն | Русский    Карта сайта
RSS News RSS
  От издателя
Ретроспектива Ретроспектива
Хроника месяца и обзор номера Хроника месяца и обзор номера
Мир за месяц Мир за месяц
Жемчужины отечественной мысли Жемчужины отечественной мысли
Политика Политика
Геополитика Геополитика
СНГ СНГ
Государство и право Государство и право
Общество и власть Общество и власть
Экономика Экономика
Полемика Полемика
Наука и образование Наука и образование
Культура и искусство Культура и искусство
История История
Город и провинция Город и провинция
Политические портреты Политические портреты
Воспоминания Воспоминания
Цитаты от классиков Цитаты от классиков
Пресса: интересное за месяц Пресса: интересное за месяц

 Статьи


Политика

Политика
Июнь 2010, N 5

ГАИ КАК КРУПНЕЙШАЯ УГРОЗА НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Лусине Кесоян, политический обозреватель сайта www.nationalidea.am

Нью-Йорк называют желтым городом: в нем так много желтых такси, что сверху город кажется желтым. Замечательная песня об этом есть у Вилли Токарева. Ереван же постепенно становится белым городом – из-за огромного количества машин дорожной полиции. С верхних этажей домов город действительно кажется белым, поскольку после прихода к власти Сержа Саркисяна дорожная полиция стала гигантской структурой, а водитель – главной угрозой национальной безопасности. Иначе просто невозможно объяснить активность ДП и численный рост ее личного состава.

Увы, в Армении нет такого талантливого барда, как Токарев, иначе мы бы услышали песню о ГАИ и не пришлось бы писать эту статью. Но поскольку подобного барда у нас нет, мы вынуждены писать о ГАИ, дабы понять, что она собой представляет, нужна ли она обществу и власти и как она воздействует на сущность государства и действует на нервы общественности.

 

ЧТО ТАКОЕ ГАИ?

В мире ГАИ как таковой не существует. Роль дорожной полиции выполняют полицейские патрульных и прочих служб, которые одновременно следят и за порядком на дорогах. В цивилизованных странах во взаимоотношениях полицейский-водитель или полицейский-пешеход на первом месте – уважение, ибо в нормальных странах страж порядка не преследует гражданина для наказания. Его задача – помочь гражданину, поэтому он избегает назначения штрафов и вместо этого направляет его. 

По сути, дорожная полиция или ГАИ есть не что иное, как советский рудимент, нечто ненужное, от чего следует как можно скорее избавиться. Михаил Саакашвили как прагматичный политик, придя к власти, сразу же понял эту простую истину и избавился от рудимента, ликвидировал ГАИ, а функции дорожной полиции возложил на другие подразделения. Саакашвили понял, что ГАИ невозможно перевоспитать, искоренить там коррупцию, посему самое верное решение – попросту закрыть эту службу. И сегодня проезд по дорогам Грузии не вызывает никаких других чувств, кроме удовольствия. Это факт, не нуждающийся в доказательстве. 

В Армении же Серж Саркисян не делает ничего, чтобы избавиться от этого ненужного советского наследия, напротив, бережно сохраняет его, год от года увеличивая функции и численный состав этой структуры, а также ее возможности портить нервы водителей и пешеходов.

 

РЕЗУЛЬТАТЫ РЕФОРМИРОВАНИЯ ГАИ

В советские времена тоже были дорожные полицейские или, как их называли в народе, гаишники, но, наверное, ни в одной стране и никогда дорожная полиция не разворачивала столь устрашающей людей деятельности, да к тому же в подобных масштабах, как у нас, в наши дни. Серж Саркисян, как он сам думал, осуществил реформы в дорожной полиции, превратив ее в структуру, которая должна была непоколебимо выполнять свои обязанности и не идти ни на какие уступки. До прихода Саркисяна к власти ГАИ была всего лишь ГАИ: правление Саркисяна ознаменовалось тем, что ДП была поднята на новую ступень. По воле высших государственных органов она превратилась в репрессивную машину, стала инструментом, с помощью которого на любого человека можно оказывать всевозможное давление.     

Однако куда примечательнее то, что изначально задуманная непоколебимость вновь подверглась воздействию двойных стандартов. Ужесточение структуры ДП так и не оказало никакого влияния на привилегированных. Ни один дорожный полицейский никогда не осмелится остановить автомашины, скажем, Гагика Царукяна, Самвела Алексаняна, Рубена Айрапетяна, Александра Саркисяна, он не осмелится остановить даже обычную машину, находящуюся в распоряжении их охранников, куда уж там останавливать машину, в которой едет его высочество депутат-олигарх. В этом плане единственным исключением, пожалуй, было преследование начальником полиции Аликом Саркисяном (случайно или же по заранее проработанному сценарию) автомашин депутатов Левона Саркисяна (Лева с Мукомольни) и Ашота Агабабяна (Бурнаш), которые прямо перед носом у главы полиции проехали на красный свет. Это было на начальном этапе пребывания А.Саркисяна на посту начальника полиции, а также саркисяновских реформ в структуре ДП, и вызвало ажиотаж в обществе, в какой-то степени повысив авторитет главы полиции. Но этот случай так и остался единственным и не повлек за собой никаких существенных последствий (если не считать, что на следующий день Левон Саркисян въехал на своей машине во двор здания СНБ и обругал силовиков за то, что они посмели остановить его охрану).  

Таким образом, самым уязвимым местом саркисяновских реформ в дорожной полиции является сохранение несправедливости и неравенства. Ужесточение работы ДП подействовало только на рядовых водителей, привилегированные же так и остались неприкосновенными. 

 

ЧИСЛЕННОСТЬ ДОРОЖНЫХ ПОЛИЦЕЙСКИХ –

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ТАЙНА

Исходя из требований содержания статьи, следовало выяснить, какие количественные изменения претерпела структура ДП в последние несколько лет. Для этого мы обратились в Управление информации и по связям с общественностью полиции РА. Начальника управления не было на месте, посему я обратилась к одному из его сотрудников, который посоветовал мне адресовать вопрос письменно. Тут выяснилось, что раздел обратной связи официального сайта полиции – чистой воды бутафория: ни с личного, ни с официального (журнала «Национальная идея») мейлов письмо отправить не удалось, оно все время возвращалось (желающие могут попробовать). Жалобы на сайт полиции приходилось слышать не раз, однако повод заставил убедиться в этом лично. Следующим шагом вновь стала связь с начальником управления. После содержательной беседы с Саятом Шириняном я вынуждена была отказаться от мысли выяснить то, что хотела: г-н Ширинян любезно объяснил мне, что у них, конечно же, есть запрашиваемые мной данные, даже данные о количестве грузовых автомашин полиции, но ни те, ни другие не подлежат публикации, потому что это... государственная тайна. 

В каждом государстве есть структуры, имеющие стратегическое значение, поэтому касающаяся их информация по мере возможности содержится в тайне. Если численный состав дорожных полицейских – действительно государственная тайна, тогда честь и хвала Саяту Шириняну за то, что сохранил ее, не подвергнув опасности эту стратегически важную структуру. Но того же мы не можем сказать о начальнике дорожной полиции Маргаре Оганяне, который, по-видимому, не совсем в курсе того, какую важную службу возглавляет, и пару раз фактически раскрыл «государственную тайну, представив на пресс-конференции и во время интервью какие-то цифры и сказав, что этого мало, и в планах государства – увеличение числа дорожных полицейских.    

И тем не менее почему численность дорожных полицейских является государственной тайной, по какой причине? Ключ, по всей вероятности, в самой численности. Какие бы глубокомысленные речи не произносил Маргар Оганян о роли и значении дорожных полицейских, о сложности их работы и необходимости ее облегчения путем расширения численного состава ДП, истина заключается в том, что число полицейских, работающих в такой никчемной и опасной структуре, как дорожная полиция, слишком велико для такой маленькой страны, как Армения, а содержание дорожной полиции для сводящего концы с концами государственного бюджета РА – чересчур большая роскошь. Это, пожалуй, и есть та главная причина, по которой ГАИ решили сделать самоокупаемым, хозрасчетным учреждением. Из этих соображений число состоящих здесь на учете полицейских держится в тайне: статус государственной тайны позволяет избегать лишних и опасных вопросов о финансировании за счет бюджета такого огромного аппарата.

 

ГАИ – ЛОГОВО КОРРУПЦИИ И БЕЗЗАКОНИЯ

С того момента, как дорожная полиция подверглась мутации (исходя из презумпции невиновности, будем надеяться, что она не была создана как мутант, а по крайней мере на начальном этапе действительно выполняла функцию регулирования дорожного движения), дорожный полицейский оказался в ситуации, когда без незаконных действий он просто не смог бы существовать. У каждого дорожного полицейского есть святая обязанность – выполнять возложенный на него план, ничем при этом не брезгуя. Каждая машина дорожной полиции обязана выполнять дневной план в виде штрафов и взяток1. За выполнение плана каждой машине выдают всего 20 литров бензина в неделю (этого, естественно, очень мало, остальную часть топлива полицейские покупают за свой счет, вытягивая деньги из карманов граждан РА), при том что машинам ДП запрещено стоять в одном месте: дорожные полицейские обязаны постоянно объезжать вверенную им территорию. Кстати, зарплата дорожных полицейских составляет 90-110 тысяч драмов, не считая «комиссионных» за штрафы.

Справедливости ради нужно сказать, что дорожные полицейские просто вынуждены подстерегать водителей, что, конечно же, является беззаконием («засада» запрещена законом, она является преступлением, иными словами, дорожный полицейский ради выполнения поставленного перед ним плана нарушает закон, а если выражаться проще – совершает преступление), поскольку иного выхода у них нет. Для засады выбирают наиболее «провокационный» участок дороги, где подчас такие условия, что не совершить нарушение просто невозможно: либо нет дорожного знака, либо он есть, но не виден (в этом плане весьма благоприятны для гаишников неработающие светофоры или такие, которые якобы работают, но скрыты деревьями, так что водителям приходится гадать, какой свет зажегся – красный, желтый или зеленый), либо разрыта дорога. Словом, гаишники достаточно опытны в этих вопросах и хорошо знают, какие участки дороги подходят для таких целей. Самое удобное место для засады – знаки разворота на магистралях. Очень часто машину дорожной полиции можно увидеть именно под знаком, разрешающим разворот, что уже является нарушением. Выходит, дорожный полицейский сам нарушает порядок, останавливаясь на разрешающем разворот участке дороги и один за другим составляя акты на водителей, допустивших незначительные ошибки (оплошность водителей и пешеходов – истинная радость, подлинное счастье для дорожных полицейских Армении, и они, не упуская случая, тут же составляют акты или штрафуют таких граждан, в отличие от цивилизованных стран, где дорожный патруль только ориентирует водителей; а чтобы тамошний полицейский пришел в восторг от допущенного соотечественником нарушения – такое просто невозможно). Если наблюдать за работой дорожных полицейских, притаившихся у этих дорожных знаков за пределами столицы, можно столкнуться с поразительными фактами: в штрафовании водителей гаишники проявляют такую прыть, какую не встретишь нигде на земле, причем чаще всего штрафуют тех, кто не пристегнул ремни безопасности или чуть превысил скорость. Не пристегнувших ремни безопасности водителей и сидящих рядом пассажиров штрафуют «контролеры», уже давно отказавшиеся от этих самых ремней безопасности. Сегодня не встретишь ни одного дорожного полицейского, пристегивающего ремень безопасности.          

Как правило, дорожные полицейские безразличны к любому мешающему дорожному движению явлению – будь то пробка, неполадка автомобиля, спор водителей или скопление такси в неположенном месте2. 

Самая распространенная и любимая форма выполнения и перевыполнения плана по штрафам – периодическое изменение знаков дорожного движения. Достаточно на прежде проездной улице установить знак, запрещающий въезд, и дорожному полицейскому остается только притаиться у этого знака и ловить водителей, руководствующихся условным рефлексом, по привычке въезжающих на эту улицу и, естественно, нарушающих правила дорожного движения. Подобные изменения бывают в основном нелогичными, необоснованными и кратковременными, однако, вне зависимости от недовольства водителей, они оправдывают ожидания гаишников3. 

Таким образом, мы можем сказать, что дорожные полицейские вынуждены прибегать к незаконным действиям и побуждать к таким же действиям водителей (такие тут же на месте дают гаишникам взятку, чтобы поскорее продолжить путь), потому что вся эта структура от первого до последнего звена сформирована по коррупционным механизмам. Коррупция и ГАИ так же неотделимы друг от друга, как штраф и гаишник. В прошлом году контрольная служба президента выявила в ДП очень много фактов злоупотреблений. В частности, по усмотрению продавались так называемые номера «голд». Было выявлено и то, что 90 процентов выписанных дорожной полицией штрафов – это просто 5-тысячедрамовые акты. Объяснение более чем просто: дорожный полицейский может взять 50-тысячедрамовый или более высокий штраф, однако оформить его как 5-тысячедрамовое нарушение, положив оставшуюся сумму в собственный карман.   

Коррупция проявляется не только во взаимоотношениях ГАИ-общество: ГАИ можно охарактеризовать как коррупционную паутину. Без взятки гаишником не станешь. Этим, пожалуй, и объясняется качественная деградация армянских гаишников. Такого кадрового резерва, как в дорожной полиции РА, больше нигде не найдешь. Наличие сегодня в ДП многочисленных кадров,  лишенных элементарной культуры общения с водителем, грубых и необразованных, объясняется приемом их на работу за взятку: достаточно посмотреть на живот дорожного полицейского – и сразу же становится ясно, какой частью тела думает армянский гаишник. Так что можно ничуть не колеблясь сказать, что на работу в дорожную полицию принимают только тех, кто имеет соответствующую «квалификацию» и моральный облик, тех, кто прошел необходимый испытательный срок, ибо в эту структуру нет доступа тем, кто руководствуется человеческими качествами.

Как невозможно поступить в ГАИ без взятки, так же невозможно без взятки продвигаться по иерархической лестнице этого полицейского подразделения. Согласно муссируемым разговорам, одна «звезда» (самая низкая) в ГАИ стоит 3000 долларов (возможно, ставки уже повышены), и, естественно, чем она весомее, тем выше уплаченная за нее цена.

Однако с коррупционной точки зрения самым уязвимым звеном дорожной полиции являются переваливающие за миллион (каждый день) штрафы. Куда утекают эти колоссальные средства, никто толком понять не может. По официальной версии, они поступают в государственный бюджет. Однако даже контрольная служба президента выяснила, что в бюджет поступают совсем не те деньги, что «дорожные контролеры» ежедневно вымогают у водителей. По сути дела, поступающие в бюджет средства – это лишь видимая верхушка айсберга, нижнюю, скрытую его часть прикарманивают автоинспекторы, а остальные деньги идут наверх в виде закрепленного за каждым гаишником «налога».

 

ПОЛИТИКА ГОСУДАРСТВА – АБСОЛЮТНАЯ БЕЗНРАВСТВЕННОСТЬ

Все это однозначно говорит об одном: дорожная полиция в РА представляет собой репрессивную машину, используемую с тем, чтобы держать граждан в постоянном напряжении, причем не это является ее целью, но так получается на деле. В этом случае в более чем тяжелом положении оказываются сами дорожные полицейские. Выходит, что власти, исходя из каких-то интересов, натравливают одного гражданина на другого. По сути дела, это двойное неуважение к дорожным полицейским, никто из которых наверняка не пожелал бы оказаться в роли гончей. Такая политика государства является безнравственностью в отношении собственных граждан. Это безнравственно вдвойне, ибо ради достижения цели одного гражданина (дорожный полицейский также является полноправным гражданином РА и испытывает потребность в защите государства, как и остальные граждане страны) вынуждают совершать незаконные действия, подстерегать избранных в качестве мишени граждан с целью унизить их. 

 

ГАИ – ОПАСНОСТЬ КАК ДЛЯ РЕЖИМА, ТАК И ДЛЯ ОБЩЕСТВА

Из всего этого можно сделать один вывод: существование ГАИ в Республике Армения равносильно забавам с зажигалкой на пороховой бочке. ГАИ представляет двойную опасность: с одной стороны, для режима, с другой, для общества.

Выступая перед представителями СМИ, начальник дорожной полиции или его заместители любят воодушевленно и радостно сообщать данные о нарушениях дорожного движения. Так, в прошлом году Маргар Оганян заявил, что за 11 месяцев 2009г. было зафиксировано 610.626 нарушений дорожного движения. С тех пор, как к работе дорожной полиции подключился премьер-министр Тигран Саркисян и призвал оставить бахвальство и пристегивать ремни безопасности, в ДП за несколько дней накопилась целая гора 5-тысячедрамовых штрафов: только за первые три месяца 2010г. оштрафовано 35.909 водителей за вождение  с непристегнутым ремнем безопасности. С осени 2009г. к штрафуемым водителям прибавились и пешеходы: по данным двух месяцев их число переваливает за десять тысяч.

О чем свидетельствуют эти цифры? Когда начальник ДП говорит о 610.626 нарушениях, то в первую очередь имеет в виду собранные с них штрафы. Однако мало-мальски трезво мыслящему человеку понятно, что по результатам 11 месяцев прошлого года по меньшей мере 610.626 человек, столкнувшись с таким явлением, как дорожный полицейский, оказались в нервном, если не сказать супернервном состоянии. Примерно столько человек или вдвое больше (ведь у водителей, как правило, бывают пассажиры) хотя бы мысленно ругали дорожную полицию, потом государство, ну а затем уже более конкретно – главу государства, того, кто формирует режим, с чьего попустительства и творится подобное. Из-за дорожной полиции огромное число граждан преисполняется ненавистью к власти. По самым поверхностным расчетам в Армении в руки ГАИ попадает примерно 50.000 граждан в день, если учитывать и тех, кто отделывается незаконными штрафами, число которых Маркар Оганян никогда не обнародует. Это первый компонент опасности, исходящей от ГАИ.  

С этнопсихологической точки зрения куда опаснее второй компонент. Из-за ГАИ одна часть армянского общества начинает враждебно относиться к другой, иными словами, вследствие государственной политики армянин противостоит армянину, армянин испытывает отвращение к армянину, армянин становится врагом армянину, человек, принадлежащий данному этносу противостоит человеку той же этнической принадлежности. Это в свою очередь становится причиной внутринациональной, внутриобщественной напряженности. И это более чем опасно в случае армян, имеющих проблемы с соседями, живущих в условиях неоконченной войны и неразрешенного конфликта. Именно в силу этого политику, проводимую государством, иначе как преступлением против собственного народа не назовешь, потому что нельзя иметь в своей стране структуры, из-за которых армянин будет испытывать отвращение к армянину.  

 

РЕЖИМ ДАЖЕ НЕ ОСОЗНАЕТ ОПАСНОСТИ

Как видим, государство, в данном случае Республика Армения, содержит дорожную полицию как формальную структуру для обеспечения порядка на дорогах, однако на деле (и это понимают все) она является репрессивной машиной, направленной против собственного народа. Осознает ли власть, какой опасности себя подвергает, сохраняя подобную структуру? В курсе ли в верхах, сколько человек в день ругают власти из-за дорожного полицейского, налогового инспектора, руководителя кондоминиума и массы других мелких чиновников? Трудно сказать. И наконец, насколько такая ситуация выгодна властям страны? Адекватна ли приносимая ГАИ польза (речь идет о штрафах и взятках, собираемых с граждан) той опасности, которая от нее исходит?  

Власти, по всей вероятности, думают так: а что тут такого, все равно выборная цепочка в Армении как следует отлажена и воспроизведение режима – всего лишь вопрос денег. Серж Саркисян лично не сделал ничего плохого более чем 300.000 гражданам, отдавших свои голоса Левону Тер-Петросяну в феврале 2008г. Любая несправедливость по отношению к гражданину, неуважение к нему оставляют в его душе глубокий след, что, как правило, проявляется в выборный период. Эти граждане пополняют ряды непримиримого оппозиционного электората. Часть из них недовольна гаишниками, другая – налоговиками и, вне зависимости от объективных и субъективных причин недовольства, люди направляют его по одному и тому же адресу, поскольку гражданин понимает, что ГАИ есть, потому что так хочет режим, ГАИ такая, какая есть, потому что именно такая ГАИ нужна режиму. Все те сферы, на которые президент Саркисян закрывает глаза, полагая, что, не замечая проблемы, можно нейтрализовать ее последствия, дадут свои «плоды» на предстоящих выборах в виде недовольной властями армии граждан. В этом плане можно не сомневаться, что во время следующих президентских выборов упомянутые Маргаром Оганяном 610.626 законно оштрафованных граждан и те 50.000, у которых гаишники вымогают деньги каждый день, поспешат на площадь Свободы, чтобы хотя бы таким образом выразить свое недовольство и неприязнь к властям, каждый день унижающим их и проявляющим неуважение.    

Сколько средств потребуется от властей, чтобы купить голоса 610.626 (до выборов эта цифра увеличится вдвое, утроиться она не может в силу демографических причин, однако одни и те же водители будут вдвое и втрое чаще попадать в засаду, устроенную дорожными полицейскими) или разогнать их митинги и демонстрации протеста, применить к ним репрессивные методы, а потом долго представлять эти самые методы в Европейском суде как необходимость и умасливать европейцев? Едва ли ГАИ сможет заработать столько денег (не говоря уже о моральном ущербе) в период между выборами. То есть мы можем однозначно сказать, что ущерб, наносимый этой структурой, гораздо больше, чем польза, если таковая вообще есть. 

 

ПОСТСКРИПТУМ

Конечно, у ГАИ в нашей стране есть мощные покровители. Влиятельные силы, которые никогда не допустят ликвидации ГАИ, поскольку хорошенько кормятся за ее счет. А президенту Саркисяну, по всей видимости, не хватит решимости одним росчерком пера ликвидировать эту дармоедскую и опасную структуру, не имеющую ни логической, ни нравственной, ни политической мотивации. Так что мы вынуждены еще много лет мириться с существованием феномена под названием ГАИ, каждый день терпеть обиды и оскорбления, попадать в засады, платить штрафы и давать взятки, чтобы наши сограждане, не сумевшие себя проявить в других сферах, могли выполнить поставленный перед ними план. 

Что же касается мнения, что без ГАИ наши дороги станут неконтролируемыми и опасными, то скажу, что оно абсурдно: в нормальных странах, где нет ГАИ, ничего экстраординарного не происходит.  И опыт Грузии – наглядное тому подтверждение.

Посмотрим, как долго выдержит совокупная нервная система армянского народа феномен ГАИ. Во всяком случае, серьезные люди, внушающие доверие интеллигенты говорят: «Только ради избавления от ГАИ можно сокрушить этот режим... кто и что придет на смену –  неважно, главное – спастись от ГАИ...».  

А ближайшему окружению Сержа Саркисяна, задумавшему и осуществившему эти губительные «реформы» ГАИ, следовало бы понять, что ему не удалось обеспечить самое простое – социальную справедливость. Ему (окружению) казалось, что отныне не будет никакой избирательности, все нарушители будут наказываться и для полицейского будут равны все. Не получилось... И вся тяжесть реформ легла на плечи простых людей. Так стоило ли делать это?

 

1 Количество штрафов (актов), которое должен обеспечивать дорожный полицейский, выяснить трудно, однако известен теневой план, возложенный на каждую машину. Согласно достоверным источникам и утверждению честных полицейских, каждая машина в конце рабочего дня платит вышестоящей инстанции 80 000 драмов.

2 Такси – это еще одно бедствие для перегруженных улиц Еревана: они могут стоять на остановках, вынуждая водителей  маршруток  и  автобусов  прилагать нечеловеческие усилия, чтобы подъехать к предназначенным для них, но захваченным такси остановкам, что ничуть не волнует автоинспекторов, тут же штрафующих других водителей за остановку, пусть даже пятиминутную, в неположенном месте. Или, что еще хуже, снимают номера, оставляя на машине листок бумаги, призывающий водителя посетить «Пост ГАИ» в два часа ночи, причем без машины: эта оригинальная черта гаишников назначать водителям ночные свидания в Разданском  ущелье,  да к  тому же без транспортного средства, весьма странна. А попустительство по отношению к такси может означать только то, что между такси-сервисами или частными таксистами и дорожной полицией существует недопустимая, созданная явно с помощью коррупционных механизмов связь. Так что при проведении еще одной детальной проверки в этой структуре контрольная служба президента, возглавляемая Ованесом Овсепяном, может собрать такие факты, благодаря которым ДП РА по степени коррумпированности попадет в Книгу рекордов Гиннеса.

3 Большинство дорожных знаков в Армении – абсурд. К примеру, на участке Чаренцаван-Раздан магистрали Ереван-Севан скорость движения ограничена 70 км в час, то же ограничение действует и при спуске на участке Чаренцаван-Арзни. И это при том, что мы имеем дело с лучшей трассой страны. На этих участках полно мест для разворота, которые в народе называют «пастбищами», где сидящие в засаде гаишники с утра до вечера «пасутся» (опять-таки народное определение), играя на нервах граждан РА и нанося ущерб их карманам, между тем машины неприкосновенных мчатся на этих участках со скоростью 130-140 км в час... Это касается и кортежа президента страны, очень часто проезжающего по этой дороге. Возникает вопрос: если превышать скорость 70 км в час действительно опасно, то эта опасность угрожает и лимузину президента? Так что же получается – жизнь президента по пути в Севан или Цахкадзор находится в опасности? Конечно же, нет. Тогда зачем здесь установлены эти нелепые запрещающие знаки? Комментарии тут излишни...

Share    



Оценка

Как Вы оцениваете статью?

Результаты голосования
Copyright 2008. При полном или частичном использовании материалов сайта, активная ссылка на Национальная Идея обязательна.
Адрес редакции: РА, г. Ереван, Айгестан, 9-я ул., д.4
Тел.:: (374 10) 55 41 02, факс: (374 10) 55 40 65
E-mail: [email protected], www.nationalidea.am