Главная страница
Главная страница
Հայերեն | Русский    Карта сайта
RSS News RSS
  От издателя
Ретроспектива Ретроспектива
Хроника месяца и обзор номера Хроника месяца и обзор номера
Мир за месяц Мир за месяц
Жемчужины отечественной мысли Жемчужины отечественной мысли
Политика Политика
Геополитика Геополитика
СНГ СНГ
Государство и право Государство и право
Общество и власть Общество и власть
Экономика Экономика
Полемика Полемика
Наука и образование Наука и образование
Культура и искусство Культура и искусство
История История
Город и провинция Город и провинция
Политические портреты Политические портреты
Воспоминания Воспоминания
Цитаты от классиков Цитаты от классиков
Пресса: интересное за месяц Пресса: интересное за месяц

 Статьи


Воспоминания

Воспоминания
Июль 2011, N 7

ПАМЯТИ БАДАЛА МУРАДЯНА

Сурен Саркисян, публицист, экономист

СПРАВКА

Государственный и партийный деятель Армянской ССР.

Родился 08.01.1915г. в селе Чибухчи Октемберянского района Армении.

В 1937г. окончил Ереванский химический техникум. С 1937г. работал на заводе карбида кальция г.Еревана (в дальнейшем, расширившись, стал называться комбинатом им. Кирова, а в наше время – «Наиритом» ).

В 1948г окончил Политехнический институт г. Еревана.

1953-1955гг. – секретарь парткома комбината им. Кирова.

1955-1957гг. – первый секретарь Ленинского райкома партии г. Еревана.

1957-1961гг. – директор комбината им. Кирова.

1961-1966гг. – первый секретарь Ереванского горкома партии.

1966-1972гг. – председатель Совета министров Арм .ССР.

1972-1976гг. – зам. начальника технического отдела «Наирита».

1976-1982гг. – директор комбината «Наирит».

1982-1991гг. – заместитель председателя Госплана Армении.

Скончался в 1991г. на 76-ом году жизни.


Большая часть жизни Бадала Мурадяна была связана с комбинатом «Наирит», созданного на основе заводов карбида кальция и синтетического хлоропренового каучука.

В 1937г. после окончания Ереванского химического техникума и поступления на работу на завод по производству карбида кальция Б. Мурадян вместе с группой молодых специалистов был послан в Ленинград для повышения квалификации на завод синтетического каучука. Вернувшись на следующий год в Ереван, все они активно включились в работу по созданию завода хлоропренового каучука. В дальнейшем Бадал Амаякович дважды работал в должности директора, а двое из этой группы, оба Норайра – Бабаян и Карапетян, проработали главными инженерами.

Кроме своей основной продукции – каучука, «Наирит» производил более сорока наименований других продуктов, но населению Армении более всего были знакомы жидкие азот и кислород, потребляемые в медицинских учреждениях, строительстве, а также - знаменитый жавель. Кстати, впервые ее стали производить не у нас, а во французской деревне Жавель еще двести лет назад. Во всем мире кроме нашего «Наирита» существовало еще два завода по производству хлоропренового каучука (один - в США, другой - во Франции). Оба по патенту фирмы «Дюпон». Еще две попытки создания подобных заводов (одна - в СССР около озера Байкал и вторая - в Чехословакии) закончились неудачно.

Подавляющее большинство населения Армении даже и сейчас не подозревает, что торжественному появлению 23 февраля 1963г. газового факела на площади Ленина в Ереване и началу газификации республики они обязаны «Наириту». Промежуточный продукт в производстве хлоропренового каучука, ацетилен, стали получать из природного газа. Бадал Амаякович рассказывал, что однажды при перебое поставок газа в Армению (в начале 80-ых) председатель Совета министров СССР Николай Александрович Тихонов позвонил председателю совмина Азербайджана и в резкой форме потребовал, чтобы тот пересел из своего кабинета на газовый вентиль. Вот такое значение в СССР придавали работе комбината.

В 1961г. Мурадяна назначили первым секретарем Ереванского горкома партии, а с 1966г. – председателем совмина республики. Именно в эти годы по-настоящему раскрылся талант Бадала Амаяковича как крупного строителя и хозяйственника.

В тандеме с достойнейшим человеком того времени - председателем горисполкома Еревана Григорием Ивановичем Асратяном, они строили ТЭЦ и стадион «Раздан», дорогу в Норкский массив, республиканскую больницу, гостиницу «Ани», кинотеатр «Россия», музеи, не говоря уже о многочисленных жилых массивах. Такого размаха строительства город не знал ни до прихода, ни после ухода с работы этих выдающихся администраторов.

Хотел бы отметить одну интересную деталь. В партийных органах первый секретарь всегда вел идеологическое направление, а промышленность и хозяйственные вопросы – один из других секретарей. Ведь в тот период главенствующую роль придавали идеологии. Надо было иметь мужество и трезвость ума Бадала Амаяковича, чтобы изменить эту трафаретную схему. Он стал курировать тем, что у него лучше получалось – промышленностью и народным хозяйством в столице, а второй секретарь Людвиг Гарибджанян занимался вопросами идеологии.

Карьера Бадала Амаяковича оборвалась неожиданно в 1972г. Недоброжелатели обвинили его в том, что он помог дочери за ее же деньги приобрести кооперативную квартиру. Никто не собирался снимать его с работы, однако, обидевшись, Мурадян сам подал заявление об уходе. Не все смогли понять его. Это были люди, для которых высокая порядочность и чрезмерная щепетильность Бадала Амаяковича были выше уровня их понимания. «Как мог Бадал из-за какого-то нелепого обвинения как ребенок надуть губки и подать заявление об уходе с поста председателя совмина Армении? Он не боец, он просто недальновидный человек», - говорили они. Доказать им ничего нельзя, ибо в нравственном плане между ними и Бадалом Амаяковичем - Гималаи. Кто еще, кроме него, уйдя из совмина, но все еще оставаясь после этого несколько лет депутатом Верховного Совета СССР, мог бы, как всегда, с полной отдачей начать работать на родном «Наирите»... заместителем начальника технического отдела. Это мог сделать только праведник, хотя и с партбилетом в кармане.

Через четыре года работы в техническом отделе Мурадяна во второй раз назначили директором комбината. В 1978г. на «Наирите» было произведено 70.000 тонн каучука. Насколько я помню, в последующие годы этот показатель не был превзойден, возможно, что на это повлияла болезнь Бадала Амаяковича в 1979г., когда он около полугода не появлялся на работе вследствие полученного инсульта.

В настоящее время комбинат производит продукцию в 6-10 раз меньше вышеуказанного уровня, а одна из линий была демонтирована и продана в Китай, где до сих пор несколько наших специалистов помогают ее обслуживать. Работая с полной выкладкой с утра до позднего вечера на «Наирите», Бадал Амаякович вдобавок еще и требовал от заводских диспетчеров, чтобы они и по ночам звонили ему при любой аварии на комбинате, которые на таком сложном производстве, к сожалению, были нередкими. Человек в буквальном смысле работал на износ. Это друзья и его семья после долгого сопротивления заставили его уйти из комбината в Госплан, чтобы он после тяжелой болезни хотя бы спал по ночам.

В Госплан Армении заместителем председателя Бадал Амаякович Мурадян пришел в июне 1982г. и пробыл в этой организации до самой смерти, настигшей его в 1991г.

Стиль работы Мурадяна отличался исключительной принципиальностью и контролем за исполнением. Все это было разбавлено его человеческими качествами, такими, как скромность и теплота к людям.

Бадал Амаякович часто говорил, что главное достоинство руководителя – это умение выслушать собеседника. В то время я работал главным специалистом отдела охраны природы. Кроме нашего отдела Бадал Амаякович курировал еще три: энергетики и топлива, машиностроения химической, металлургической промышленности и геологии. В отличие от других руководителей Бадал Амаякович имел привычку иногда самому заходить в курируемые им отделы. Но наш отдел он посещал гораздо чаще, чем остальные, так как его начальником был очень грамотный инженер, бывший кадр из «Наирита» Жора Липаритович Оганян. Под руководством Мурадяна в свое время он долгие годы проработал на комбинате, поднявшись до должности заместителя главного инженера по новой технике. Как я уже отметил выше, кроме Бадала Амаяковича ни один из руководителей Госплана (ни председатель, ни заместители, а их у него было шестеро ) не устраивал подобных «посиделок» в отделах. Раз в году, в первый рабочий день января, они группой заходили в отделы, поздравляя сотрудников с Новым годом, и на этом общение с «народом» заканчивалось. По текущим вопросам, естественно, руководители через секретарш вызывали специалистов, либо мы сами просили принять нас.

Вспоминается один рабочий эпизод, который произошел в середине 80-ых годов. В Госплан из Министерства охраны природы пришла бумага на согласование с предложением о запрете на два года ловли сига на озере Севан, в связи с уменьшением его популяции. Сделано это было для того, чтобы сиг не повторил печальный опыт ишхана, который практически исчез к тому времени в озере. Захожу в кабинет Мурадяна, показываю все документы, предлагаю поддержать на первый взгляд безальтернативное предложение. Между нами возникает диалог.

- А каков уровень безработицы жителей близлежащих к озеру районах в этом году ?

- Не знаю, Бадал Амаякович.

- Надо узнать. В этом регионе он всегда был выше, чем в других сельских местностях. Отцы и деды этих людей ловили рыбу, а это основной продукт их питания. Браконьеры опять будут сетями ловить, а простые жители и удочкой не смогут. Надо обратиться в Москву, чтобы финансировали строительство еще одного завода по разведению мальков. Мощности теперешнего не хватает.

- Бадал Амаякович, но сегодня кончается контрольный срок ответа по этому документу, данному нашим председателем. Когда я успею, а на столе еще два таких с близкими датами?

- Эх ты, это же судьбы людей. У нас и так села пустеют, а ты говоришь срок. Даю тебе еще три дня, я договорюсь с председателем. Ночуй в Госплане, но принеси мне подробную справку.

Все это было сказано спокойным отеческим тоном. Надо ли говорить, что такие эпизоды становились уроками на всю жизнь. За долгие годы работы с Мурадяном ни я, ни кто-нибудь другой из сотрудников так и не услышал ни одного его крика, даже повышенного тона, а воздействие на людей было огромным. Обычные оправдания руководителей, что пока не заорешь, работа не наладится, свидетельствуют только об их хамстве и недостатке авторитета. Что же касается заботы о сельчанах, то сегодня таковой считается получение от международных организаций кредитов под 0, 75-1,5 % годовых и их кредитование под 20-24 %.

В конце 80-ых в Армении наступили неспокойные времена. Хотел бы напомнить читателям, что борьбе за независимость предшествовали крупные акции в Ереване с требованием закрытия «Наирита» и атомной станции. Представители «зеленых» садились на рельсы близ комбината, мешая его работе, а один из них даже объявил голодовку в центре города.

Надо сказать, что хлоропреновый каучук по своим техническим характеристикам превосходит другие синтетические каучуки, особенно своей термостойкостью. Без нашего каучука в бывшем СССР, да и во многих других странах, ничего бы «не летало и не стреляло». Вся кабельная продукция держалась на нем. Роль каучука была так велика, что Бадал Амаякович считал, что Россия не допустит блокады Армении, если «Наирит» будет стабильно поставлять свою продукцию. Ведь не зря Николай Иванович Рыжков многократно звонил в Армению и просил не закрывать «Наирит». При этом он предлагал значительные инвестиции для улучшения технологии и повышения экологической безопасности. Уж он-то, будучи Председателем Совета министров СССР, хорошо знал роль «Наирита» в экономике и обороноспособности страны. Однако в те времена псевдодемократы, рвущиеся к власти и затем получившие ее, действовали по принципу: «чем хуже, тем лучше». Была законсервирована даже атомная электростанция, без работы которой население подверглось, в буквальном смысле, холоду и голоду.

Я, конечно, прекрасно осознаю, что «Наирит» наносил ущерб экологии Еревана. Но квалифицированный персонал (а там работало около 5000 человек!) постоянно улучшал технологии, да и сами заводчане на судьбу не жаловались. Все познается в сравнении. Почти бездействующий комбинат приносит в десятки раз больше вреда Армении, ибо без него не работают многие смежные предприятия и инфраструктуры, а голод также людям здоровья не прибавляет. Ведь только в нашей республике продукцию «Наирита» использовали около 300 предприятий. Вредные предприятия всегда приносят проблемы, но одним их разворовыванием и уничтожением Армению в Швейцарию не превратить. Так вот, на одну из таких акций близ «Наирита» и выехал из Госплана Бадал Амаякович. Он пытался объяснить, что комбинат сейчас очень необходим республике, но, так называемые «защитники природы», получив подкрепление в виде каких-то орущих женщин, не давали спокойно говорить даже ему, человеку, отдавшему свое здоровье стране, кричали - «предатель народа».

Бадал Амаякович никак не мог понять, почему борьба за независимость сопровождалась откровенным разрушением народного хозяйства, ведь в это время мы вправе были рассчитывать только на свои силы. Независимость плюс ко всему остальному означает еще и ответственность. Даже большие страны с территорией и населением в десятки раз превышающим Армению (например, Украина или Белоруссия), не имеющие таких проблем, как война или блокада, довольно тяжело «переваривают» эту самую независимость.

Бадал Амаякович очень настороженно ее воспринял, хотя, по словам семьи, на референдуме голосовал положительно. Разве мог этот мудрый человек не испытывать тревоги по этому поводу? И он был прав. Одно соседство с Турцией чего стоит. Недавно был продлен договор Армении с Россией, касающийся военного сотрудничества на 49 лет. Это очень хорошо и правильно. Но разве он является полной гарантией безопасности, как это было, когда мы жили в одной стране? Вспомним, что через два года после смерти Мурадяна (в 1993г.), во времена противоборства президента России Ельцина с парламентом, в Москве был хаос. Позднее появилась информация о том, что Турция в этот период планировала нападение на Армению. Спасло только очень быстрое разрешение конфликта в России.

Конечно, наша республика вместе со всей страной прошла страшные годы войны и сталинских репрессий. Но с начала оттепели 60-ых постепенно улучшался как морально-нравственный климат в стране, так и ее экономическое благополучие. Я не ностальгирую. Была и показуха, и коррупция. По поводу последней приведу в пример слова, сказанные однажды мне Алексаном Матвеевичем Киракосяном в книжном магазине в присутствии директора и двух продавцов в середине 90-ых: «Мы были отнюдь не святые, но сейчас пришли настоящие волки». Молодым читателям только скажу, что этот известный, глубоко эрудированный человек в 80-ых годах работал первым заместителем председателя совмина республики. И, наконец, для того чтобы полностью завершить тему отношения Мурадяна к независимости Армении, приведу только одну фразу, сопровождающую его биографию в интернете и во всех других источниках: «Советская власть создана именно для Армении». Из уст любого другого человека она могла показаться не совсем искренней, но для того, кто хотя бы немного контактировал с ним, она становилась понятной и правдивой аксиомой.

В довершении ко всему добавлю, что в последний год жизни Мурадяна убрали из руководства Госплана, и окончил он свою трудовую деятельность в должности главного специалиста за моим рабочим столом, после того как я покинул Госплан. Информации об этом периоде нет ни в интернете, ни в других источниках. Со слов ныне здравствующей супруги Бадала Амаяковича Маргариты Карповны, президент академии наук Армении Виктор Амбарцумян, который был у них дома в тот период, предложил ему солидный пост в академии. Однако Мурадян отказался. Мотивировал он это тем, что не было у него никаких ученых степеней и не имеет он права принимать это предложение. В день похорон, стоя над гробом Бадала Амаяковича, Виктор Амазаспович воскликнул: «Бадал! Может, ты был бы жив сейчас, если бы послушался меня…»

Думаю, что он ошибался. Не такой человек был Мурадян, чтобы спокойно доживать свою старость в тихом уютном местечке. Перефразируя в обратном порядке известную строку Максима Горького, скажу о нем так: «Рожденный летать - ползать не может».

В январе 2015г. Бадалу Мурадяну исполнится 100 лет. По моему мнению, уже сегодня надо создавать комиссию по этому событию. Эту дату должна отмечать вся Армения, а не только его друзья и близкие, чтобы потом нам не пришлось стыдиться своего равнодушия по отношению к памяти достойного армянского деятеля. У русских есть хорошее выражение - «Иван, не помнящий родства». Очень не хотелось бы, чтобы наш народ становился таким.

 

Share    



Оценка

Как Вы оцениваете статью?

Результаты голосования
Copyright 2008. При полном или частичном использовании материалов сайта, активная ссылка на Национальная Идея обязательна.
Адрес редакции: РА, г. Ереван, Айгестан, 9-я ул., д.4
Тел.:: (374 10) 55 41 02, факс: (374 10) 55 40 65
E-mail: [email protected], www.nationalidea.am