Главная страница
Главная страница
Հայերեն | Русский    Карта сайта
RSS News RSS
  От издателя
Ретроспектива Ретроспектива
Хроника месяца и обзор номера Хроника месяца и обзор номера
Мир за месяц Мир за месяц
Жемчужины отечественной мысли Жемчужины отечественной мысли
Политика Политика
Геополитика Геополитика
СНГ СНГ
Государство и право Государство и право
Общество и власть Общество и власть
Экономика Экономика
Полемика Полемика
Наука и образование Наука и образование
Культура и искусство Культура и искусство
История История
Город и провинция Город и провинция
Политические портреты Политические портреты
Воспоминания Воспоминания
Цитаты от классиков Цитаты от классиков
Пресса: интересное за месяц Пресса: интересное за месяц

 Статьи


Полемика

Полемика
Август 2011, N 8

СТРАНА УБЫВАНИЯ

РАЗМЫШЛЕНИЯ ЭМИГРАНТА, НАДЕЮЩЕГОСЯ НА ВОЗВРАЩЕНИЕ

Рубен Вартанян, действительный член НАН РА, профессор университета Аризоны (США)

- Любезнейший, а могу я уехать отсюда...

- В Изpаиль? Беpите анкету заполняйте...

- А в Амеpику...

- Беpите втоpую заполняйте...

- А в Геpманию...

- Беpите анкету заполняйте...

- А в Австpалию...

- Вот вам глобус - когда pешите, куда ехать, беpите анкету и заполняйте.

Абpам беpет глобус и долго кpутит.

- Скажите, любезнейший, а нет ли у вас дpугого глобуса…

Анекдот

 

Красочный и эмоциональный фильм «A Matador’s Mistress» или в прокате ряда стран - «Manolete» с прекрасными актерскими работами Эдриана Броуди и Пенелопы Крус о жизни и роковой страсти известного матадора Мануэля Родригеза Санчеса, выступавшего под псевдонимом Манолете, перенес меня в май 1993г., когда, возвращаясь в Ереван из старейшего университета Испании Universidade de Santiago de Compostela, я был приглашен на корриду в Мадриде.

Коррида – жесткое зрелище. Это не просто представление, это не поединок человека и быка, это - трагедия, по накалу страстей не уступающая алгоритму жизни. Здесь есть свое развитие событий, основное действие и неминуемая трагическая развязка.

Представление начинается выходом на арену специально выращенного, сильного, молодого красавца-быка особой породы, выбранного по жеребьевке, которого встречают бандерильеро, будущие тореадоры. Их задача - раздразнить быка, «поиздеваться» над ним, понять его характер, силу, склонности и повадки, намекнуть ему, что у арены, где он оказался волею судьбы, есть хозяин.

Затем на арену выходит пикадор на защищенной лошади. С помощью длинной пики пикадор начинает делать обидные уколы мощному красавцу-быку, выводить его из себя. Мощное животное еще не соображает, что, собственно, от него хотят, за что его третируют, зачем причиняют боль, но начинает понимать, что на арене опасно. Сильный и храбрый бык пытается «ответить» – напасть на лошадь пикадора, пытается боднуть рогами обидчика.

В следующем акте снова выходят бандерильяс. Теперь бык уже разозлен, знает что какие-то новые люди (не те, которые его заботливо растили) причиняют ему боль и готов к яростной защите - к нападению. Но, главное, все никак не может понять, в чем, собственно, он провинился, откуда у него столько врагов, что эти невесть откуда взявшиеся люди хотят от него? В этой терции натренированные бандерильяс последовательно втыкают в спину быка три пары разноцветных бандерилий, которые, покачиваясь, причиняют невыносимую боль при каждом движении. Последняя терция корриды (терция смерти) заключается в убийстве быка. На арену выходит матадор, вооруженный шпагой и красной мулетой. Он не сражается с быком, а, скорее, издевается над ним. Матадор использует множество разработанных тактических, стратегических и психологических приемов, которые трибуны бурно оценивают репликами и аплодисментами. Помню, как в одном из поединков нервная система 450 килограммового красавца-быка не выдержала и он позорно опустился на колени перед щупленьким матадором, одетым в тесно облегающий голубой костюм, в розовых чулках, в туфлях на небольшом каблуке. Постепенно наступает кульминация представления - момент, когда надо нанести животному один единственный, точный, смертельный удар. Шпага должна попасть прямо в сердце через очень небольшое пространство между лопатками могучего животного. В большинстве случаев, замерев на пару секунд, бык падает замертво. В случае неудачного попадания - быка добивает команда.

 

* * *

Прямо во время этого жестокого зрелища у меня начали возникать некоторые параллели и ассоциации между жизнью генетически пригодного, специально обученного, подготовленного к определенной деятельности человеческого индивида и быком. В любом обществе есть здоровая, умная, образованная прослойка населения – носители научных, инженерных, гуманитарных и прочих знаний, способные работать на будущее страны, на ее процветание. Но во всех бывших 15 республиках СССР у них отобрали возможность приложения своих сил и способностей. Единственный достойный выход из загона для них – это попытка выхода на «чужую» арену, где их ожидает почти неминуемый конец. Коррида – это метафора самой жизни, где в трагедии сплетаются победа и поражение, слава и смерть. Тореро со своей свитой олицетворяют упоительную магию власти, ее априорную возможность подчинить себе практически любого быка, любую индивидуальность. При этом как в жизни, так и в корриде тореро всегда окружает команда и публика, ради демонстрации которым своих возможностей он зачастую и работает. Опьянение властью именно тем и сладостно, что за этим наблюдают многие тысячи зрителей.

 

* * *

Итак, 1993-ий. Бывший разваленный СССР. Все вокруг – не жизнь, а макет. Грубое, неработающее подобие жизни, внутри пустое, а снаружи сцепленное из чего попало. Попытки имитировать западные методы дают обратные результаты. Исторически недавний еще культ личности сменился культом сомнительных личностей, бесчинством профанов, страдающих плоскоумием, которые стали глупо крушить все то, что имелось. Идеология, основанная на вере в свободные и не имеющие ограничений рынки, привела Союз на грань разорения. В жизни, в конкуренции, в карьере, в профессии, в политике, в игре без правил побеждают отнюдь не сильнейшие. В полном соответствии с турецкой пословицей - «Последний верблюд становится первым, когда караван поворачивает назад». Недостаточно образованные, неопытные, без морального стержня зомбированные недоумки получили неограниченную власть и доступ к немеренным деньгам. И они сумели усерднейшим образом дискредитировать все, чего успели коснуться. Превратили понятия «свободные выборы», «разделение властей», «независимый суд», «гражданское общество», и т.п. - в погремушки дикаря, построили противоестественную государственную конструкцию с властью, паразитирующей на наследстве СССР и прожирающей наследство будущих поколений. Из тех, «кто был ничем» и ничем по сути и остался, возникли «господа» – «академики от экономики», специалисты по межнациональным отношениям, властители дум с презрительной покровительственной усмешкой на важном сановном лице с видом превосходства - оборотной стороной комплекса неполноценности. Дедушка Ленин о них сказал бы: политические проститутки и идеологические импотенты. Многие из них благополучно дожили до старости, так и не приходя в сознание. Сейчас по происшествии 20 лет было бы интересно спросить их, верили ли они сами в тот набор замаскированных в наукообразную обертку догм, в ту чушь, которую преподносили 300млн населения СССР. Зачем превратили достойную державу в набор жалких, злобных, жадных, развратных и дегенеративных образований? Почему соорудили набор неправильных обществ, в котором богатство немногих избранных стало главным смыслом и целью всего общества? И ради этого богатства немногих произошло одурачивание, развращение всех остальных. Троечники с двоечниками, взобравшиеся на трибуны, изображали строителей нового мира (особенно один, панимаш..., который, подражая тому-же дедушке Ленину, взобрался на танк) и начали свою деятельность с развала страны. Они, видимо прогуляли тот урок истории и пропустили тот раздел, в котором говорится, что США стали США, а Авраам Линкольн – центральной исторической фигурой в сознании американского народа именно потому, что предотвратил распад Соединенных Штатов во время Гражданской войны. К сожалению, сегодня не только бывший СССР - вся планета пожирает себя, не понимая, как жить дальше. Мир разучился жить правильно, естественно.

 

* * *

Сохранившиеся учреждения и бюрократические ведомства всех бывших 15 республик, послушно выбрав абсолютно тупиковую модель загнивания, сконцентрировались на производстве двух стратегических продуктов – вреда и абсурда. На одной шестой суши земного шара возник смысловой вакуум. Мера беспорядка системы достигла максимума и стала ломать одних, превращать в скотину или зверей других, закалять третих, выгонять четвертых. Понятие «человек» перестало звучать гордо. Главной и наиболее уважаемой специальностью стало умение облопошить «лоха». Во всем цивилизованном мире если человека признают коррупционером, кидалой, жуликом, то его репутации наносится коллосальный ущерб. На территории же бывшего СССР эти качества стали синонимами успешности. В общественное сознание быстро внедрилось убеждение, что для постсоветского общества это не является чем-то постыдным и исключительно недобропорядочным, а представляют собой необходимое и неотъемлемое условия его функционирования. Зарабатывать свой хлеб мозолями, знанием, умениями, здоровьем, жизнью никогда не имело особых перспектив, а теперь стало вообще невозможным не только потому, что исчезла промышленность, но и потому, что это стало уделом «лохов». Общество отринуло десять заповедей, в нем начали складываться ценности, которые не могут быть приняты людьми.

К народам, у каждого из которых были устойчивые исторические роли, пришли «международные организации», «освободители» и предложили на выбор профессии «менагера», посыльного в «Федерал экспресс», официанта, разносчика пиццы.

Новорожденные государственные мужи не смогли выполнить свою главную функцию – защитить страну от развала, а ее граждан – от нищеты и бесправия. Может, они не были к этому готовы. Не хватало знаний, опыта, умения. А может просто выполняли директивы, когда было велено сломать государство и раздарить его «своим», т.е. построить демократию с частным капиталом. Все мы стали свидетелями того, как умирал Союз, но особенно тяжело умирала Армения. В кромешной темноте и страшном холоде отовсюду доносились скрипы, скрежет и стоны, а иногда и грохот распада и обвала. Мы оказались в заблокированной со всех сторон западне. На наших глазах происходило разрушение экономики, разграбление богатств страны, уничтожение промышленности, сельского хозяйства, науки, культуры, время в ней начало течь вспять.

Новое руководство страны, поражающее своей неподлинностью, пройдя через огонь и воду на волне карабахских событий, не выдержало испытания медными трубами и почему-то само стало глумиться над своей страной и народом. Установленные непрофессионалами новые порядки породили нищету, безработицу, бездомных, одним словом – социальные бедствия. А социальные бедствия не могли не породить ненависти к условиям жизни. Законы природы непоколебимы, и моментально сработало второе начало социальной термодинамики, которое, как известно, работает исключительно в одну сторону. Автоматически сработал и инстинкт выживания, и народ стал складывать чемоданы. Доведенные до предела и отчаяния, люди начали бежать. Началась тотальная эмиграция – производное от инстинкта самосохранения.

Самолеты в Москву, притягивающую как магнит, стали напоминать переполненные трамваи. Некоторые стали уезжать еще дальше - в Большой Мир. Зашкаливающая эмиграция лишь показала, что никто и ничто не может заставить работать никакую систему, если она изначально нежизнеспособна, если построена на искусственных постулатах, на культе лжи и глупости, а не на объективных законах. Идея о том, чтобы государство уходило из всех сфер, оставляя направление вектора развития страны, широкого спектра важнейших вопросов внутренней политики и экономики на самотек, себя никак не оправдала. Это было не заблуждение, а обман. Сегодня уже заболтанная абстракция. Заставшие в суждениях начала 90-х, с позором провалившихся на самом Западе, «новые господа» с апломбом и спесью все продолжают убеждать народ, что вот-вот за ручку с демократией придет рынок, которому ничего кроме чистой веры в него не требуется, который все сам сделает. (Кстати, рынок – это сфера, где все продается и покупается. В том числе: должности, звания, авторство, уважение, любовь, дружба, чиновники.) А страны целых двадцать лет в мучительном бессмысленном ожидании ищут и пытаются найти ответы там, где их нет, ищут виноватых где угодно, только не в себе.

 

* * *

Драматическая история вечно страдающей, вечно завоеванной кем-то Армении после кратковременного фантастического взлета в 1920-1988гг. вновь перешла в фазу рассеивания. Армения вновь превратилась в страну, из которой бегут, на сей раз от перспективы несчастья - в поисках возможности для самореализации.

Наверное, первая массовая эмиграция армян произошла в средневековье, после падения Ани. Вторая мощная волна эмиграции поднялась в результате Геноцида армян в Османской империи. Чудом выжившие западные армяне переместились в Россию, в страны Ближнего Востока, Европы и в Америку. Политика репатриации Советской Армении привела небольшую часть из них, около 150.000 армян на историческую родину. Однако начиная с 70-ых, когда начали проявляться первые симптомы результатов деятельности Хрущева, некоторые из репатриантов, более умудренные жизнью, почувствовав недоброе, стали покидать Армению.

Уже две с половиной тысячи лет маятник армянской жизни колеблется от одной крайности к другой, и колеса нашей истории катятся дальше, продолжая безжалостно топтать судьбу собственного народа. Статистика утверждает, что за годы «светлого» настоящего от отчаянности и безысходности из Армении уехала треть населения – критическая масса, еще столько же мечтают уехать. Есть немало людей, которые хотели бы, но не покидают Армению. Потому что это очень нелегко – в зрелом возрасте решиться сорваться в неопределенность, да еще в период тотального кризиса повсюду. Потому что на чужбине нет дома, нет ни родных, ни близких. Потому что здоровье не позволяет. Потому что там надо вкалывать до седьмого пота. Потому что есть языковой барьер. Потому что кто-то в семье против. Потому что есть престарелые родители. В 1988г. в Армении проживало 30-35% всех живущих в мире армян, сегодня их стало примерно 20%. Если так пойдет и дальше, то скоро в Армении никого не останется. Происходящее в Армении на фоне происходящего в мире – это, возможно, уже навсегда захлопывающаяся черная дыра армянской истории. Мы не просто потерпели очередное историческое фиаско, не просто потеряли все то, что нам подарили за 70 лет Второй Республики. Мы просто поменяли вывески и декорации, но не поменялись сами. Мы, армяне, переоценив свою значимость и свои возможности, оказались на задворках цивилизации, на последних местах по всем формальным показателям, а главное – превратились в страну торжествующей лжи. Ложью отравлено все, а что самое страшное – ею отравлен каждый. Врем отчаянно, что великие мы, что прорываемся неизвестно куда, скатываясь с каждым годом все ниже и ниже.

Идеальных государственных систем не бывает. Государственные системы можно оценивать лишь по тому, насколько они адекватны историческим условиям. Придумать систему может любой среднеобразованный человек. Но та или иная модель, правила придуманной игры должны соответствовать реальности в данном месте и в данное время. При переносе чужой модели в конкретные условия, в этническую систему со сформировавшимся тысячелетиями национальным менталитетом - она не работает. Западная система кому-то кажется самой идеальной. Да, в какой-то мере она правильна, но для США и Канады, может, еще для некоторых «молодых» стран. При попытке механического переноса ее в Армению, в любую другую страну - она перестает работать, приводит к краху и разрушению. Имунная система давно сформировавшейся нации отторгает чужеродные имплантанты. Самой подходящей для армянских условий была советская система, которая нуждалась в небольшой коррекции, избавлении от бредней о диктатуре пролетариата и прочих догматов. В свое время (всего лишь за два неполных первых десятилетия Второй Республики) Армения превратилась в индустральную страну - центр духовного творчества всего армянского народа. Это была вершина ее истории, которая стала деградировать с момента прихода к власти Хрущева и его окружения и формирования советской элитарной черни из «гегемонов» – профессионально непригодных, морально нечистоплотных людей, воспринимающих свое высокое положение в социальной иерархии лишь как возможность украсть. А дохрущевская элита являлась открытой системой, в которой были представлены лучшие представители всех значимых социальных групп. Существовали четкие критерии того, кто и как мог войти в эту элиту или почему должен был ее покинуть.

Быстрое промышленное развитие СССР создало многочисленный рабочий класс, который, будучи «гегемоном» общества, постепенно стал искать свою идентификацию и заявлять свои претензии на руководящую роль в социальной структуре. Но нигде и никогда пролетарии, будь то победившие или угнетенные, не хотят постоянно быть пролетариями. Очень скоро урбанизация и полученное образование перемалывают бывших крестьян-пролетариев в городской класс мещан, который, постепенно наевшись и переодевшись, становится главным классом общества, приобретает достоинство и начинает реализовывать себя в качестве политика. Но мещанин, в отличие от интеллигента, еще недостаточно образован. Армянский мещанин переоценил свою значимость, оказался узконационален и больше не захотел над собой интернациональной надстройки. И, поскольку еще не окончательно созрел и еще не выработал в себе привычки мыслить масштабами государственных интересов и проектов, поспешил за Кавалером Ордена Иуды – Михаилом Горбачевым, и не просчитав возможных последствий, разрушил свой дом. Именно так случилось то, что случилось.

Сегодня армянское общество находится на наклонной плоскости, по которой быстро скатывается к пределу. Двадцать лет блужданий, скорее, двадцать потерянных лет. Двадцать лет деградации. Армения больше не имеет серьезной промышленности и науки. События в сфере науки и образования конца 2010-начала 2011гг. – реквием по отечественной науке и образованию, а отсутствие студентов на 2012г. является отражением концепции сокращения образованных людей в стране. С каждым годом армянские дети становятся все необразованнее. Армян отучают от творчества, самостоятельного мышления, отсекают от идеалов справедливости, добра и любви. Промывают мозги субстанцией лжи. В стране нет приоритетов, она практически ничего не производит, ничего не развивает. На фоне глубочайшей ущербности мысли все население озабочено только торговлей. Всем на все наплевать, не наплевать только на свою выгоду. От этого гнета преисполненные безнадежности армяне в массе своей разрушают свою личность, наполняя мир своим бесконечным плачем.

В результате обрушившейся на мир всемирной экономической шизофрении, десятки миллионов людей вынужденно перемещаются по земному шару в поисках лучшей жини. Армяне в их числе. Армения стала страной убывания. Но с Арменией случилась не эмиграция, а Исход.

 

* * *

«Уехать – это немножко умереть». Эммиграция с чемоданом барахла – стопроцентное изменение всего уклада жизни, привычек, духовных ценностей, разрушение внутреннего мира. Время для эмигранта как бы застывает. В чужой стране он оказывается с перечеркнутым прошлым, неопределенным настоящим и очень туманным будущим. В своем воображении, со своим культурным и языковым опытом он продолжает жить в своей стране, которая в его памяти останавливается в толще времени в тот момент, когда он ее покинул. У большинства эмигрантов никогда не проходят «фантомные боли» от потери Родины.

Эмигрант в первом поколении, как бы ни лицемерили «аборигены», не «хозяин страны» и даже не равноправный ее член, а всего лишь человек с обрубленными корнями и крыльями, с языковыми и культурными проблемами, где абсолютно все нужно начинать заново, с нуля, с чистого листа. Причем неважно, кем он был в «прошлой» жизни. Он здесь попросту никто. Спрятав амбиции в карман и забыв про свои бывшие престижные регалии, эмигрант хватается за любую работу. Здесь никому не интересно, какие у него дипломы, звания и титулы, не признается даже водительское удостоверение. Важно одно - что он профессионально может делать на конкретной работе? Здесь он узнает свою истинную, ральную цену.

Человек складывается, формируется в «молодости» – до 25-30 лет. Покидающие Родину после этого возраста с трудом адаптируются, с трудом абсорбируют в свой внутренний мир чужую культуру. Потому и  эмигрантов в «возрасте» особенно крутит, ломает, калечит судьба. Тут уже ничего не поделаешь. Это физиологический факт. Поэтому «натурализуются» на новой родине буквально единицы. Старшее поколение эмигрантов продолжает жить проблемами своей бывшей страны, обсуждая новости «оттуда», постоянно находясь в состоянии бесконечного самокопания, в одиночестве и, конечно же, со своей наступающей старостью. Еще совсем недавно эмигранты наблюдали за происходящем в мире посредством телевизора – своего рода школы английского языка и, в конце концов, начинали кое-как говорить. Теперь они и этого не делают, есть свои – армянские или русские каналы.

«Старые» эмигранты до сих пор говорят об утраченной родине предков – Сасуне, Ване, Эрзруме, Битлисе, Харберде, Себастии, о которых наслышаны с детства от бабушек и дедушек, другие о Ереване семидесятых, третьи об Армении девяностых – такими, какими они их помнят и понимают. Наверное, «прошлая жизнь» и есть для них точка отсчета.

Нужно иметь достаточно сильную волю к новой жизни, чтобы не дать ностальгии убить себя, перешагнуть через нее, определить себя в новых координатах. Оказываясь в пустоте, без точек опоры, человек вынужден пересоздавать себя заново, выстраивать себя как новую личность. Он вынужден без конца доказывать окружающим и, в первую очередь, себе собственную состоятельность, тем самым освобождаясь от старых стереотипов. От очень травмирующих, порою невыносимых ощущений безнадежности, о которых можно написать отдельные повести с одной и той же фабулой – успокоиться, свыкнуться и остановиться или продолжить мучительное «карабкание» и попытаться пройти в относительные «верхи». Все зависит от того, выдержит ли сердце, хватит ли дыхания. Поэтому в эмиграции все, особенно мужчины, поначалу представляют довольно жалкое зрелище. Ведь амбиции и устремления у любого человека остаются прежними, независимо от координат места, где он находится, его финансового состояния. Жить хочется если не лучше, то, по крайней мере, как прежде.

Армянская эмиграция всегда была по преимуществу эмиграцией с тайной мыслью о возвращении. И даже обвальный отъезд не говорит об оскудении армянского притяжения как такового. Эмигранта притягивает именно то, от чего он отталкивался. И это не культура, не язык, как часто кажется. Их как раз и берут с собой, поддерживая и передавая из поколения в поколение. За бортом эмиграции остается некая неподвластная разуму субстанция.

Молодым проще. У них нет «прошлой жизни», легко выучивают язык, способны не поддаваться ностальгии, они относительно легко входят в новый мир, безвозвратно исчезая для Родины.

 

* * *

Еще в 1993г., наблюдая за корридой, пришло понимание, что в жизни Армении произошла вовсе не временная заминка, это не просто временный шаг назад, и положение исправится не скоро, равновесие вряд ли восстановится. Пришло понимание того, что в возникающем обществе научная деятельность становится профессией на грани социального унижения. Пришло понимание того, что зарабатывать на «нормальную» жизнь, занимаясь наукой при наблюдающихся тенденциях, перспектив никаких нет и не ожидается в обозримом будущем. Предположить, что спровоцировавшие (если не устроившие специально) крах Второй Республики «господа», проявляющие корыстный интерес при «строительстве» независимой Армении, вдруг займутся созидательной работой во благо общества и государства или признают собственную исчерпанность - по меньшей мере было бы наивно.

Несмотря на происходящие в Армении «противоестественные процессы» целых девять лет я все еще надеялся на чудо.

Но в 2002г., когда надоело биться головой об стенку, когда стало тошно, невмоготу, когда возникло непреодолимое желание навсегда распрощаться с тем, с чем сталкивался за последние 14 лет, бросил все - без сожаления. Уехал с единственным желанием проснуться в один прекрасный день в стране, в которой можно заниматься тем, чем умеешь, чему учился всю сознательную жизнь, в которой можно жить «на одну зарплату». Хотя прекрасно понимал, что в современном мире наука (даже в наиболее развитых странах) - это, скорее, социальный уклад, а ее поддержка – культурный, а не коммерческий феномен, часть национального образа жизни. Понимал, что ни в одной стране наукой особо сыт не будешь, что заграница, где бываешь кратковременно  с визитами - это совсем не та заграница, в которой живешь и работаешь постоянно. Вдобавок ко всему вокруг начал совершенно четко вырисовываться известный из зоологии феномен того, как лисы выживают барсуков. Лисы гадят. Они гадят так обильно и неустанно, что брезгливые барсуки сами покидают свои норы.

Из гадивших лис-шарлатанов иных уже нет, кое-кто вошел в ряд титулованных особ, обзавелся благородной проседью. Они сегодня представляют себя обществу этакими зубрами, мамонтами, глыбами армянской науки. Действительно, некоторые из них когда-то колбы мыли, другие паяльник подавали, третьи карандаши точили, за пивом бегали, самогон из родной деревни везли канистрами для «шефов» – столичных ученых.

Миф о западном рае, где все счастливы, улетучивается, как только собственными глазами видишь и собственным умом понимаешь, каким образом он построен, откуда берутся богатство и власть и как оно распределяется. И не в том дело, что один строй хорош, а другой плох. Дело в другом - прозревать страшно. Видеть мир таким, каков он есть в обоих полушариях, – жестким и непреклонным.

Ньютон сформулировал первый закон механики в следующем виде: «Всякое тело продолжает удерживаться в состоянии покоя или равномерного и прямолинейного движения, пока и поскольку оно не понуждается приложенными силами изменить это состояние». Эмигранту за границей лучше, чем на Родине. И если сидит армянское «тело» в состоянии покоя в России или Америке, значит, побуждения, толкающие его в Армению, слабее тех, что держат за кордоном. Остается ностальгия.

«Лучшее средство от ностальгии – визит на Родину», где возникает множество смешанных чувств. Где видишь знакомых, высоко взобравшихся по социальной лестнице, но не выдержавших искушения властью. Где начинаешь опасаться за состояние здоровья друзей, которые хоть и изначально «угадали» жанр, но больше не выдержавают испытания унижением. Где встречаешься с некогда «угловым» авторитетом, который протягивает трясущуюся руку, беззастенчиво унижаясь, выклянчивает угощение, мол, «за такую встречу надо выпить». Где сталкиваешься с приятелями прошлых лет, кто не поднялся и не опустился, потому что не мог, ибо глубоко застрял в своей оторванности от реальности. Где возникает поганое ощущение от наблюдения за превращением части молодежи в приспособленцев, гораздо более сильное, чем то, которое испытывал очень много лет назад, смотря на сверстников, делающих карьеру по комсомольской линии.

Армения – страна, которая находится на географическом и историческом стыке между Востоком и Западом, все беды которой, возможно, и происходят от непримеримого противоречия между географией и ментальностью, порождающего «завышенный уровень притязания», сегодня стоит перед неожиданной проблемой. В том современном мире, куда уходят армяне, национальные традиции и навыки уже неприменимы. (Речь идет не о тех, кому условия и перспективы жизни и работы в лавках армянских гетто или на велфере по душе). Изменилось время. Благодаря глобализации мир стал предельно взаимозависим. Глобализация изменила сущность всей человеческой деятельности. Тенденции развития западной цивилизации, современные информационные технологии очень быстро стирают грани между народами. Еще одна смена поколений – и уже не сможет быть и речи о том, чтобы сохранить в себе что-то армянское за пределами Армении. Попав в совершенно прагматическую среду, армянин для выживания, для роста, для прогресса вынужден будет ассимилироваться, отказываясь от множества характерных и существенных составляющих своей идентичности.

На фоне возрождающихся нацизма, расизма, ксенофобии и прочих массовых и индивидуальных патологий не исчезнуть с карты мира, сохраниться как старая нация и состояться как новая страна, определившая себя именно соотнесенностью со своими истоками, со своим прошлым – можно будет только в Армении. Поэтому успеть в будущее нужно только нам. Остальные совершенно спокойно проживут и без нас.

В 20-е годы большевики, поняв, что с имеющимся ресурсом страну не построить, стали приглашать в Армению специалистов - деятелей науки и культуры, имеющих армянское происхождение. По приглашению председателя Совета народных комиссаров Армении в 1921г. на жительство в Армению переехал Мартирос Сарьян. В 1922г. правительство Советской Армении пригласило возглавить музыкальную жизнь республики Александра Спендиарова. В 1923г. по аналогичному приглашению в Ереван переехал Александр Таманян, который создал первый генеральный план современного Еревана, возглавил и скоординировал начинающееся в республике строительство, разработал генеральные планы ряда армянских городов и поселков. В первый учебный год 1920 года в Армению были приглашены знаменитые ученые, окончившие зарубежные вузы и имеющие опыт педагогической и научной работы: Акоп Манандян, Манук Абегян, Степан Малхасянц и многие другие. В 1926г. в Армению после 15-летней эмиграции вернулся Аветик Исаакян. Наконец, в том же 1926г. в Ереван зазвали моего деда по материнской линии - сорокалетнего состоявшегося мужчину, рожденного в Авлабаре, выпускника Нерсесяновской гимназии, выпускника Женевского университета (Université de Genève), обладателя научной степени Ph.D. Вернулся также и Гегелян Георгий Алексеевич - выпускник того же университета с 1914г. Пригласили для участия в организации пищевой прмышленности Армении, для запуска технологических линий таких объектов армянской индустрии, как масло-жиркомбинат, макаронно-карамельная фабрика, для организации промышленного производства ранее в Армении не производящихся сыров. Вместе с дедом, естественно, переехала и бабушка - одна из первых врачей-офтальмологов Армении, сразу же включившаяся в кампанию по ликвидации трахомы (болезни глаз, характерной для стран с низким уровнем санитарной культуры) и искоренившая эту болезнь «во вверенном ей участке» – на Конде. Так и проработала она в поликлинике Конда до жалкой пенсии. Все эти люди и создали страну из того, что было - из нищей, полуграмотной, разрозненной, сбитой с толку нации. Каждый из них стал одним из основателей всего того, чем мы гордимся и одновременно разрушаем до сих пор. В стране заботливо, старательно, по винтику и человечку был собран крайне редкий в истории тип государства, искренне преследующего общественное благо.

Власть, существующая сегодня сама по себе, должна вернуть стране смысл, выдвинуть идею, которая объединит нацию, стратегию развития страны, которая вновь вернет ее в лоно истории, ликвидирует последствия большой беды.

Именно ей следует искать по всему миру профессионалов, носителей новых знаний и современной ценностной системы, которые по своим личным, деловым и нравственным качествам способны стать выразителями общенациональных идеалов и интересов, могущих взять на себя ответственность.

Наверняка и сегодня, как и в двадцатых, найдутся романтики-энтузиасты, которые пожертвуют многим и переселятся на Родину, куда их, как минимум, позовут для ДЕЛА, для реализации ИДЕИ. Главное – позвать их как положено. И если это произойдет в ближайшее время, то, возможно, можно будет отстроить страну заново. Хотя мы и отстали от Америки и Европы примерно лет на сто, все равно сумеем за 15-20 лет сравняться с ними, построив правильную страну, правильно выбрав и организовав два-три направления наукоемкой промышленности, вокруг которых уже благодаря «невидимой руке рынка» немедленно сформируется соответствующая инфраструктура, что более чем достаточно для такой небольшой страны. Поэтому нужно повернуться лицом к производству, науке и образованию, культуре, сельскому хозяйству и, правильно выбрав приоритеты, сосредоточить на них все усилия страны. Может получиться.

Другого пути для предотвращения эмиграции я не вижу, не говоря уже о репатриации.

 

Share    



Оценка

Как Вы оцениваете статью?

Результаты голосования
Copyright 2008. При полном или частичном использовании материалов сайта, активная ссылка на Национальная Идея обязательна.
Адрес редакции: РА, г. Ереван, Айгестан, 9-я ул., д.4
Тел.:: (374 10) 55 41 02, факс: (374 10) 55 40 65
E-mail: [email protected], www.nationalidea.am