Главная страница
Главная страница
Հայերեն | Русский    Карта сайта
RSS News RSS
  От издателя
Ретроспектива Ретроспектива
Хроника месяца и обзор номера Хроника месяца и обзор номера
Мир за месяц Мир за месяц
Жемчужины отечественной мысли Жемчужины отечественной мысли
Политика Политика
Геополитика Геополитика
СНГ СНГ
Государство и право Государство и право
Общество и власть Общество и власть
Экономика Экономика
Полемика Полемика
Наука и образование Наука и образование
Культура и искусство Культура и искусство
История История
Город и провинция Город и провинция
Политические портреты Политические портреты
Воспоминания Воспоминания
Цитаты от классиков Цитаты от классиков
Пресса: интересное за месяц Пресса: интересное за месяц

 Статьи


Воспоминания

Воспоминания
Октябрь 2011, N 10

ПАМЯТИ ГУРГЕНА ПАХЛЕВАНЯНА

Сурен Саркисян, публицист, экономист

СПРАВКА

Государственный и партийный деятель, заслуженный строитель Армянской ССР.

Родился 23 февраля 1908г. в Карсе (Западная Армения).

В 1921г. - переезд в Тбилиси.

В 1925г. - окончание Тбилисской трудовой школы N82.

1926-1931гг. - учеба на гидротехническом отделении техфака Ереванского госуниверситета .

1931-1940гг. - работа в системе водного хозяйства республики .

1941-1946гг. - служба в Советской Армии.

1947-1949гг. - министр коммунального хозяйства Армянской ССР.

1950г. - первый секретарь Молотовского райкома КП Армении.

1950-1953гг. - первый заместитель председателя исполкома Ергорсовета, затем председатель Ереванского окружкома.

1954-1957гг. - первый секретарь Ереванского горкома партии.

1957-1959гг. - председатель исполкома Ергорсовета.

1959-1961гг. - заместитель председателя комитета по науке
и технике.

1961-1981гг. - начальник центрального статистического управления при Совете министров Армянской ССР.

С 1950г. по 1981г. - член ЦК КП Армении.

С 1971г. по 1981г. - председатель ревизионной комиссии ЦК КП Армении.

Скончался в 1986г. на 79-ом году жизни.

Детство Гургена Пахлеваняна прошло в Карсе, где семья арендовала огород площадью 4 га, а на базаре - небольшую лавку (хапан). В 1915г. Гурген поступил в школу, но вскоре турки добились успехов на Кавказском фронте и угрожали Карсской крепости. Школу эвакуировали в Тифлис, в здание реального училища. Маленького Гургена определили жить в семью учителя армянского языка Артема Григорьевича Таслахчяна.

Самым крупным событием этого периода была встреча с царем Николаем II. Осенью 1915г. Николай II приехал на Кавказский фронт и остановился в Тифлисе. Утром у него была встреча с учениками реального училища, где в основном учились дети русских офицеров и тогдашнего дворянства.

У Гургена Пахлеваняна была тетя – Баласан, которая жила в Тифлисе на Михайловской улице (позже Плехановской) недалеко от памятника Воронцова-Дашкова. Однажды, когда Гурген гостил у них, прошел слух, что рядом в номере живет Андраник-паша. Дети выбежали в коридор и там увидели народного героя. Он был невысокого роста, в генеральской форме, с усами. Его никто не сопровождал. Все бросились к нему, а он погладил детей по голове. Гурген вспоминал о легендах, которые ходили об этом человеке. Говорили, что от рождения у Андраника-паши вросший в грудь крест, который защищал его от пуль. Гурген вместе с детьми верил в это.

Позже дела на Кавказском фронте улучшились, русские войска взяли Эрзерум, Ван и в 1916г. школу обратно отправили  в Карс.

На войну забрали отца Гургена – Арташеса, дядю Лазаря и других мужчин.

Революция 1917г. изменила соотношение сил на фронтах. Русские войска, следуя призывам большевиков, требовали прекращения войны, солдаты рвались домой. Турки подошли к Карсу. Женщины семьи Гургена вновь уехали в Тифлис, а мужчины остались для защиты города. Турки почти без боев взяли Александрополь (Гюмри), Караклис (Ванадзор) и подошли к району Борчалу, населенному татарами (ныне азербайджанцы). Началась паника. Семья Гургена эвакуировалась во Владикавказ, потом Ессентуки. Город неоднократно переходил от большевиков к белогвардейцам, был голод, свирепствовал сыпной тиф. Спасаясь от голода, все золотые украшения матери Гургена обменяли на муку и масло.

Вскоре сообщили, что в Армении сформировалось новое правительство, которое принимает беженцев-армян. Семья решила возвратиться в Армению. После страшных двухмесячных мучений осенью 1919г. семья снова оказалась в Карсе. Через некоторое время дела дашнаков ухудшились. Турки взяли Сарикамыш, двигались на Карс. Царило паническое настроение, никто не верил в победу. Жители Карса пытались бежать, однако дашнаки даже при этих обстоятельствах не давали разрешения на официальную эвакуацию.

В середине ноября 1919г. турки молниеносно, без малейшего сопротивления окружили Карс и взяли его. Военный гарнизон во главе с генералом Араратовым сдался в плен и был отправлен в Эрзерум.

Началась великая трагедия. Обезумевший народ хлынул в ущелье по дороге на Александрополь. Турки окружили город, без боя захватили крепость и оттуда навесным огнем пулеметов начали расстреливать беззащитных людей – детей, стариков, женщин. Косили вовсю, трупы убитых загородили дорогу, движение по ней прекратилось. Все это длилось 3-4 часа. Уцелевшие двинулись к американским приютам, расположенным неподалеку, моля их о защите. Народ оказался между огнем турок и рекой. 11-летний Гурген стал свидетелем того, как молодые матери бросали своих новорожденных детей в реку, некоторые из них и сами кидались за ними. Появились первые отряды нерегулярных турецких войск (башибузуков). Они на ходу расстреливали и рубили мужчин, а женщин, стариков и детей сгоняли в один угол, требуя золота и серебра, убивая их при малейшем промедлении. Потеряв родителей, Гурген оказался в этой толпе. Его мать надела на него дядины лакированные сапоги. Они были очень большие и мальчик еле двигался в них. Вскоре на конях прибыла вторая партия грабителей. На этот раз – курды. Опять каждый из них теснил группу людей. Один из них заметил сапоги Гургена, но времени терять не захотел, поэтому прикладом ружья ударил по голове мальчика и оглушил его, ребенок без сознания упал. Это было у главного корпуса американского приюта. Оттуда заметили зверство курда, послали двух санитаров с носилками. Гургена забрали. Курд увидел это, набросился на них, требуя сапоги. Санитары сняли их и передали ему, а мальчика без сознания внесли в приют. Ребенок пришел в себя только через десять дней.

Я уделяю много времени детству Гургена, так как в нем отразилась вся судьба и история жителей Западной Армении в те страшные годы. Завершая эту часть очерка, добавлю, что мать Гургена через несколько месяцев нашла его в приюте, и они всей семьей переехали в Тифлис. В июне 1925г. Гурген окончил 82-ю трудовую школу Тифлиса и уже на следующий год поступил в Ереванский государственный университет. 30 августа 1926г. вся семья провожала его в Ереван на учебу. Ереванский государственный университет был единственным высшим учебным заведением в городе. Один из шести факультетов был технический, куда и поступил Гурген на гидротехническое отделение.

В ноябре 1926г. праздновали шестилетие университета. Заседание проходило в зале дома культуры (ныне малый зал филармонии). Выступил первый секретарь ЦК КП Армении Ашот Оганесян (брат ректора Акопа Оганесяна). Это был высокий красивый мужчина с богатой шевелюрой, а говорил он горячо и призывающе. Речь секретаря ЦК поразила Гургена, у него зародилась мечта - стать таким же всенародным вожаком, таким же настоящим человеком, как Оганесян. Денег не хватало, и Гурген стал подрабатывать на строительстве типографии N1 на улице Гнуни. Пыль негашеной извести подействовала на его здоровье: он заболел хроническим насморком, что отрицательно сказалось на его памяти, а студент без памяти – это ужасно. Пришлось найти другую работу. В 1929г. Гурген с группой студентов выехал на практику на строящийся Днепрогэс. Это было первое крещение на производстве, на крупном гидротехническом сооружении. В эти годы Гурген пережил «культурную революцию». Не пропускал ни одного спектакля, концерта, кинокартины. Познакомился и общался со многими писателями и артистами: Егише Чаренцем, Гургеном Габриеляном, Давидом Маляном, Гургеном Маари, Акселем Бакунцем, Аветом Аветисяном, Вагаршем Вагаршяном, Ольгой Гулазян, Гургеном Джанибекяном. Обожествлял Арус Восканян, Ширванзаде.

В июне 1929г. Гурген женился на девушке из своей тбилисской школы –Аракс Саркисян. Забегая вперед, скажу, что брак их оказался очень удачным. Они прожили вместе почти шестьдесят лет, и у них родилось трое сыновей - Ромик, Карен, Бабкен, а позднее  - еще пять внуков. Тогда же для пополнения семейного бюджета Пахлеванян нанялся старшим рабочим в геодезической бригаде при строительстве канала им. Сталина. Сперва был речником, затем нивелировщиком, позднее техником. Заработок – три рубля в день.

Работая техником на строительстве Айгерличской насосной станции, Гурген познакомился с Мариеттой Шагинян. Это была очень бойкая, любознательная женщина. Она собирала материалы для книги. В дальнейшем Гурген узнал, что работала она над нашумевшей книгой «Гидроцентраль» о советском гидростроительстве. Несколько очерков в ней было посвящено Айгерличской насосной станции.

После окончания университета (в феврале 1931г.) Гурген выехал на работу в Мегри. Свое первое трудовое крещение Пахлеванян начал в должности заведующего Мегринским райводхозом. В последующие годы Пахлеванян работал на многих объектах водного хозяйства по всей республике. Сдали в эксплуатацию Нубарашенский, Талинский, Кироваканский водопроводы, в связи с попусками вод из озера Севан укрепляли берега реки Зангу (Раздан). В июне 1940г. Пахлеванян стал членом партии. Партийный билет вручил ему секретарь Мегринского РК партии Гайк Иванович Мелконян. В конце 1940г. был образован наркомат водного хозяйства республики. Наркомом был назначен Г.А. Агаханян, а Пахлеванян – его заместителем. Буквально в то же время его наградили орденом «Знак почета»'. В те времена специалистов редко награждали орденами. Орден Гурген Арташесович получил в Москве из рук Михаила Ивановича Калинина.
В начале 40-х гг. в республике было развернуто грандиозное ирригационное строительство. Строился Спандарянский канал в Сисиане, Зангинский в Ереване, Спитакский в Амамлу (ныне Спитак). Жить стало лучше. Были отменены все ограничения на продажу продуктов питания. Oднако скоро нагрянула война.

Через несколько месяцев после начала войны Пахлеваняна призвали в армию в саперный батальон. Батальон дислоцировался в Канакере и входил в состав 408-ой дивизии. В 1942г. Пахлеванян был переведен в инженерные войска 45-ой армии и принимал участие в строительстве оборонительных сооружений вдоль границы и вглубь республики. К осени 1942г. Пахлеванян был направлен в инженерный батальон в Туапсе. Строили командные пункты, минировали тоннели и мосты. Через некоторое время началось генеральное наступление наших войск по черноморскому побережью. Приехали члены политбюро Каганович и Берия. Они разъезжали по фронту в открытых автомобилях, в генеральских папахах. Наступление начала морская пехота. Пахлеванян с некоторыми другими офицерами инженерных войск следил за наступлением в запасном командном пункте. Вечером сообщили, что все намеченные рубежи взяты. Бойцы ликовали. Немцы перестали бомбить Туапсе.

Батальон перебросили в Ереван. Поскольку была опасность нападения Турции, то строили оборонительные сооружения вдоль границы с нею. Сталинградские события охладили турок. В середине 1943г. Пахлеваняна назначили главным инженером Закавказского фронтового 57-го отдельного управления Военно-полевого строительства (57 ФОУВПС) Это была генеральская должность, несмотря на то, что Пахлеванян был только капитаном. В Тбилиси к нему переехала супруга – Аракс Акоповна с детьми.

В марте 1945г. в Тбилиси родился третий сын Гургена Арташесовича – Бабкен, а через 2 месяца, 9 мая, праздновали победу. Прошел почти год, прежде чем по ходатайству первого секретаря ЦК КП Армении Г.А.Арутюнова Пахлеваняна демобилизовали и перевели из Тбилиси в Ереван.

Вначале он был назначен руководителем очень крупной проектной организации – «Водопроект», а уже на следующий год – министром коммунального хозяйства. Основная работа велась по водоснабжению, особенно в Ленинакане, Кировакане, Алаверди, Капане, Арташате и др. Министерство быстро встало на ноги, его строительный трест даже строил здание ЦК КПА (ныне здание парламента), Матенадаран, гостиницу «Армения», жилые дома.

В январе 1950г. неожиданно для Пахлеваняна его выбрали первым секретарем Молотовского (позднее район Орджоникидзе) райкома партии города Еревана. В том же году Гургена Арташесовича избрали депутатом Верховного Совета Армянской ССР. Не прошло и года, как Пахлеваняна назначили первым заместителем председателя исполкома Ереванского городского совета. Председателем тогда работал Варданян Егише Георгиевич - чуткий, отзывчивый, работоспособный, кристально честный человек.

Однажды Григорий Арутюнов пригласил Пахлеваняна и Берсабе Григорян (она была секретарем ЦК) к себе на обед. Жена его, Нина Григорьевна, приняла очень тепло. После обеда Пахлеванян с Арутюновым пешком спустились на левый берег Зангу. Первый секретарь предложил построить дорогу, благоустроить ущелье для отдыха трудящихся. Через некоторое время Арутюнов по примеру г.Сухуми поручил посадить лес на возвышении Цицернакаберда. Эта большая работа была возложена лично на Пахлеваняна. Разбивка парка, подбор пород, обеспечение инструментарием и взрывными материалами, распределение участков между всеми предприятиями, организациями, министерствами и ведомствами. Эта народная стройка была осуществлена за два месяца. После этого необходимо было поднять воду, поливать не только деревья, но и орошать весь массив, далее подготовить территорию для отдыха людей. Освоение территории Цицернакаберда – заслуга Пахлеваняна, за что он лично получил благодарность от Арутюнова. Прошло буквально несколько месяцев после этого, как в республике организовали три административных округа – Ереванский, Ленинаканский и Кироваканский. Секретарем партии Ереванского окружного комитета назначили Антона Кочиняна, а председателем исполкома окружного совета народных депутатов – Пахлеваняна. Нелишне сказать, что Ереванский округ – это громадная территория, практически половина Армении.

К концу 1952г. Антона Ервандовича Кочиняна назначили председателем Совета министров Армянской ССР, а первым секретарем окружкома выдвинули Арамаиса Мнацаканяна.

В марте 1953г. умер И. В. Сталин.

В составе малочисленной делегации (всего 7 человек) под руководством Арутюнова Пахлеванян вылетел на похороны. А после смерти Сталина и ареста Берии многое изменилось.

Округи ликвидировали. Пахлеванян не стал дожидаться солидного поста и перешел работать директором в проектный институт, подчиненный министерству сельского хозяйства. Руководил министерством исключительно честный и порядочный коммунист – Самсон Казарян. Такая самодеятельность Пахлеваняна вызвала недовольство Григория Арутюнова, и он выразил это ему при вызове в ЦК. Гурген Арташесович был уверен, что после столь нелицеприятного разговора о нем забудут. Работать в институте для него было легко, он был доволен своей судьбой.

Однако в августе Пахлеваняна вызвали в ЦК. В приемной Арутюнова ждал Завен Чарчян (тогда заместитель председателя Совета министров). Он также не знал, почему его вызвали. Обоих пригласили в кабинет. Григорий Артемьевич предложил сесть. Он с места в карьер сказал: «Один из вас должен стать министром торговли». Для Чарчяна это было понижением. Он мялся, что-то говорил, доказывал. Пахлеванян категорически отказался. Он действительно был удовлетворен творческой работой в институте. Его отказ вызвал еще большее раздражение Арутюнова. Он тут же дал команду своим сотрудникам купить билеты в Москву, а на следующее утро Чарчян и Пахлеванян выехали в министерство внутренней и внешней торговли СССР - к Анастасу Микояну. После продолжительной беседы Анастас Иванович дал задание побывать в некоторых министерствах и ведомствах по вопросу фондов. Так продолжалось три дня – по утрам доклад Микояну о проделанной работе, затем выполнение вновь полученного задания.

На четвертый день Микоян объявил, что он останавливается на кандидатуре Чарчяна. Оба вместе вышли из кабинета. Чарчян – убитый, Пахлеванян – окрыленный приемом Микояна. Пахлеванян сразу же вылетел в Ереван, а Чарчян остался в Москве отоваривать красную рыбу. Тогда летали самолетом ИЛ-22 с остановками в Ростове и Сухуми.

После посадки в Сухуми очень долго не выпускали из самолета. Выяснилось, что другой самолет, вылетавший 30 минутами раньше, взорвался в воздухе. На нем летела замечательная артистка Нато Вачнадзе. Вся страна очень любила ее.

Смерть Сталина не прошла бесследно и для республик. Не прошло и шести месяцев, как состоялся сентябрьский пленум ЦК КП Армении, где сильной критике подверглась деятельность секретариата ЦК и лично Г.Арутюнова.

Против него выступили Арушанян Ш. Товмасян С., Мнацаканян А., Чарчян З., Шакарян Г. и др. В защиту: Рухикян К, Варданян Е., Алекян Г., Микаелян С. и др. Какие только обвинения не бросали в адрес друг друга, пошли в ход даже оскорбления!

Несколько позже, в ноябре, Г.А.Арутюнов, Г.М.Мартиросян, Б.А.Григорян были освобождены от занимаемых должностей. На эти должности были назначены Сурен Товмасян, Грачик Маркарян и Яков Заробян. Григория Артемьевича назначили… директором овощеводческого совхоза в Зангибасаре. Началась смена караула, а все, кто выступил за него на пленуме, были освобождены от занимаемых должностей. Закончилась эпоха Арутюнова, которая длилась 17 лет. Этот великий созидатель, да и просто хороший человек ушел со сцены. Ему достались самые тяжелые годы, и, несомненно, он был одним из лучших руководителей Второй Республики. Даже сейчас, спустя почти шестьдесят лет, никто не удосужился установить ему памятник, назвать его именем проспект. Да о каком проспекте идет речь, даже переулок не посвящен его памяти (приходится на ум слово «манкурты», да не хочется его употреблять, ибо ко многим оно может отнестись).

Очень скоро (в 1954г.) Пахлеваняна избрали первым секретарем Ереванского горкома партии. Работал как одержимый все семь дней в неделю, отдыхал не более 5-6 часов в день. Постепенно работа наладилась. Аппарат состоял из знающих работу людей: организационный отдел возглавлял Сурен Восканян, промышленности – Ангелина Веселова, торговли – Гурген Мартиросян, школ и учебных заведений – Маро Меликян.

В ноябре 1955г. во время финальной игры футболистов «Спартака» (так тогда назывался «Арарат») и Свердловска, на котором присутствовали секретари ЦК Г.Маркарян, Я.Заробян, заместитель председателя совмина А. Шекоян, Г. Пахлеванян и др., судья на поле допустил грубую ошибку, что вызвало волнения среди болельщиков. Некоторые хулиганствующие элементы стали бросать в судью камни, бутылки, кричать: «Судью с поля!», даже - «Надо судью убить!». В этой обстановке все руководители оставили стадион и уехали. Остались только Пахлеванян и министр внутренних дел П.Пискунов (бывший пограничник). Пахлеванян успокоил народ, обещая опротестовать игру, волнение улеглось, после чего он уехал на работу. Однако позднее некоторые провокаторы начали разбивать стекла, ломать деревянные скамьи стадиона. Пискунов вызвал моторизированную милицию. Прибыл наряд из 6-8 мотоциклов, начал разгонять людей, однако к этому времени толпа недовольных вновь возросла. Они напали на милицию, отняли мотоциклы и запалили их. Пискунов вызвал пограничные подразделения. Раздались выстрелы, был убит один рабочий 23 лет, и все разошлись. Результаты игры были опротестованы и отменены, судья был дисквалифицирован, но смерть человека омрачила произошедшее.

Через два месяца прибыла комиссия из Москвы. Поскольку все руководство сбежало, то решили сделать козлом отпущения Пахлеваняна. Комиссия уехала в Москву. По ее результатам провели заседание, которое вел М.А.Суслов. Приняли решение: председателя спорткомитета Армении Г. Симоняна снять с работы, а Пахлеваняну объявить строгий выговор.

Ничего хорошего это не предвещало. Во время пленума ЦК КП Армении было рекомендовано перевести Пахлеваняна на другую работу. На последующем съезде ЦК КП Армении Пахлеваняна снова избрали членом Бюро ЦК и даже делегатом на ХХ съезд КПСС в Москву, однако уход его с поста первого секретаря Ергоркома был вопросом времени.

ХХ съезд состоялся 14-25 февраля 1956г. На пятый день работы остались только делегаты (без гостей), и с докладом о культе личности выступил Н.С.Хрущев. Весь зал замер: подобного поворота событий никто не ожидал. Принижая заслуги Сталина, он обратился к Жукову, Баграмяну, Микояну, Молотову, ища сочувствия. Все, кроме Молотова, закивали головами.

Делегации разъехались по республикам. Когда проезжали по территории Грузии, поезд армянской делегации был заброшен камнями. Оказалось,  это было сделано в отместку за выступление А.Микояна.

В 1957г. Пахлеваняна как первого секретаря горкома избрали депутатом горсовета (он продолжал оставаться депутатом Верховного Совета). За три дня до сессии горсовета С.Товмасян предложил Пахлеваняну пост председателя исполкома горсовета Еревана. Пахлеванян категорически отказался. Тогда срочно созвали заседание бюро ЦК, членом которого был и Гурген Арташесович. Он вторично отказался. Вдруг председатель совмина А.Кочинян внес предложение: «Хотя бы на шесть месяцев, а потом посмотрим». Так на сессии горсовета Еревана Гурген Арташесович был избран председателем, а через два-три месяца на его место в горком партии назначили Оганеса Минаевича Багдасаряна.

Таким образом, против своей воли Пахлеванян оказался председателем исполкома Ергорсовета. Первым заместителем был назначен Сурен Варданян, заместителем – Оганес Оганесян.

Тогда в народе шла плохая молва об исполкоме горсовета. Особенно много разговоров было о взяточничестве в распределении жилья. Пришлось принципиально по-иному пересмотреть работу.

Во-первых, наладили прием посетителей: регулярно в неделю два раза. Прием Пахлеванян производил в присутствии нового помощника Крмояна (кадрового офицера в отставке). Решения записывались и контролировались. Во-вторых, о взяточничестве. Был арестован заведующий отделом по распределению квартир (за взятку-500 рублей суд приговорил его к четырем годам заключения). Это отрезвляюще подействовало на остальных. В-третьих, организовали борьбу с бюрократизмом, волокитой. Письма и жалобы были взяты под контроль. Наказывались те, кто задерживал решение вопроса либо отвечал не по существу.

Под личную ответственность Гургена Арташесовича был сооружен памятник Давиду Сасунскому (тогда шла борьба против излишеств, а ЦК партии и Совет министров были против). Скульптор - Ерванд Кочар. К тому времени заместителем у Пахлеваняна стал работать Григор Асратян. Гурген Арташесович сразу разглядел хороший вкус, а главное – громадную работоспособность этого человека и любовь к своему городу. Кстати, сын Григория Ивановича, Рубен, рассказывал мне, что отец ребенком взял его на открытие памятника. В завершение мероприятия прямо на подстилке на земле устроили застолье. Все были счастливы. На импровизированном «пиршестве» под руководством Пахлеваняна были… вареные яйца, сыр и зелень. Так раньше жили руководители города. Однако не всем нравилась исключительная честность и порядочность Пахлеваняна. Они считали, что с обычными жителями она нужна, но им надо делать исключения.

Однажды при личной встрече заместитель председателя Совета министров (не будем называть его фамилию) попросил, чтобы Гурген Арташесович выделил квартиру какому-то музыканту, недавно прибывшему в Ереван (оказался преподавателем музыки его дочери). Гурген Арташесович отказал, требуя дать ему фонд и письменное указание. Это сильно обидело просителя. В дальнейшем этого человека повысили, назначив одним из секретарей ЦК КП Армении. Тогда он начал действовать более активно, привлекая к травле ЦК и городской комитет партии. Пахлеванян вспоминал, что все это продолжалось изо дня в день, долгие месяцы. В конце концов он не выдержал и подал заявление об уходе. Временно его назначили заместителем председателя комитета по науке и технике. Это затянулось почти на два года. И вот в 1961г. Пахлеванян получил новое назначение – должность начальника центрального статистического управления при Совете министров Армянской ССР.

Гургену Арташесовичу удалось поднять на такой высокий уровень глубину анализа отчетов и статистических обзоров, что секретари ЦК и председатели совмина по многим вопросам советовались с ним. Пахлеванян вспоминал, что особенно ему нравилась широта мыслей, работоспособность и патриотизм Бадала Мурадяна – председателя совмина и одного из порядочнейших людей того времени. Мало того что все двадцать лет работы в ЦСУ Пахлеванян был членом ЦК КП Армении, так еще и с 1971г. его избрали председателем центральной ревизионной комиссии. Таким образом, он был в гуще всех событий в республике, так как по статусу участвовал на всех заседаниях бюро ЦК.

В 1981г. в возрасте 73 лет Пахлеванян вышел на пенсию.
Голова его по-прежнему была светлой, однако сердце и легкие подводили (он был злостным курильщиком).

А в 1986г. после очередного воспаления легких организм уже не выдержал, и этот достойнейший человек ушел из жизни.

 

ПОСТСКРИПТУМ

Полагаю, такие люди, как Гурген Пахлеванян, Бадал Мурадян, Григор Асратян, Яков Заробян, Григор Арутюнов, Сурен Товмасян и многие другие строители Второй Республики должны быть широко известны армянской общественности, в частности молодежи. К сожалению, официальная пропаганда безразлична к их памяти, и то, что журнал «Национальная идея» открыл специальную рубрику для публикаций, посвященных памяти этих выдающихся деятелей прошедшей эпохи, надо всячески приветствовать.

 

Share    



Оценка

Как Вы оцениваете статью?

Результаты голосования
Copyright 2008. При полном или частичном использовании материалов сайта, активная ссылка на Национальная Идея обязательна.
Адрес редакции: РА, г. Ереван, Айгестан, 9-я ул., д.4
Тел.:: (374 10) 55 41 02, факс: (374 10) 55 40 65
E-mail: [email protected], www.nationalidea.am