Главная страница
Главная страница
Հայերեն | Русский    Карта сайта
RSS News RSS
  От издателя
Ретроспектива Ретроспектива
Хроника месяца и обзор номера Хроника месяца и обзор номера
Мир за месяц Мир за месяц
Жемчужины отечественной мысли Жемчужины отечественной мысли
Политика Политика
Геополитика Геополитика
СНГ СНГ
Государство и право Государство и право
Общество и власть Общество и власть
Экономика Экономика
Полемика Полемика
Наука и образование Наука и образование
Культура и искусство Культура и искусство
История История
Город и провинция Город и провинция
Политические портреты Политические портреты
Воспоминания Воспоминания
Цитаты от классиков Цитаты от классиков
Пресса: интересное за месяц Пресса: интересное за месяц

 Статьи


Полемика

Полемика
Ноябрь 2011, N 11

О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ СТАНОВЛЕНИЯ И БУДУЩЕГО ЕВРАЗИЙСКОГО СОЮЗА

Александр Гарегинян, публицист

20 лет назад с политической карты мира исчез Советский Союз – одна из двух супердержав мира. Распался прочный двухполярный мир, на планете начался хаос, невольно подтверждающий слова Генри Киссинджера: «Чем ближе стоят друг к другу ракеты двух супердержав, тем прочнее мир на планете».

Стало ясно, что однополярность не в состоянии обеспечивать прочность мира на планете: если действительно признать, что с окончанием холодной войны установилось господство над миром западного сообщества во главе с США, то следует также признать, что это господство им оказалось не под силу, ибо ничего иного действительность на планете нам не может доказать. Но не будем высказывать предпочтений относительно мирового устройства, добавим лишь из гегелевской философии, что ничто не действительно без своей противоположности (то есть свет не действителен без тьмы, а тьма – без света, добро без зла, зло без добра и т.п.); следовательно, мир лишился действительности с распадом СССР и восточного блока (Организации Варшавского договора), ибо исчезла одна из противоположностей, обеспечивающих миру естественное развитие в согласии с разумом истории.

Но что же произошло на постсоветском пространстве? Как бы охарактеризовать распад СССР? Владимир Путин считает это событие крупнейшей геополитической катастрофой, и с этим сложно не согласиться. Но каковы были причины этой катастрофы? Ведь однозначно, что в мире случайностей не бывает, а то, что происходит, происходит безусловно и необходимо. Таким образом, сваливать вину за развал СССР на некоторых индивидов и их личные амбиции, по-моему, несерьезно. Конечно, ради избавления от Горбачева Ельцин был готов не то что на роспуск СССР, но и РСФСР, однако заметим, что стремления Ельцина никогда бы не стали реальностью, если бы не глобальные причины, приведшие к краху великой империи. (Сложно представить нескольких губернаторов США, недолюбливающих президента, подписывающих где-то в Аризоне нечто вроде Беловежских соглашений по роспуску Соединенных Штатов).

Есть много версий относительно этого краха. Лично я полагаю, что СССР как преемница Российской империи выполнил свою историческую миссию, заключающуюся в формировании новых наций и государств, а когда бывшие имперские национальности достигли уровня развития, позволяющего им вступить на мировую арену в качестве самостоятельного государства, то Советскому Союзу уже практически нечего было делать. Так, казахи и молдаване, белорусы и азербайджанцы, киргизы и туркмены – все эти народности сформировались как нации в рамках советской федерации, и сегодня, будучи национальными государствами, они вступили на путь окончательного национально-государственного становления.

Не буду больше приводить аргументов в защиту высказанной выше идеи, добавлю лишь, что окончательный ответ на этот вопрос даст история: подобно тому, как нереально было в V-VI веках давать однозначную оценку глобальным причинам гибели Римской империи, так и сегодня сложно осмыслить историческую значимость распада СССР, ибо нет пока что последствий в достаточном количестве, к тому же 20 лет для осознания исторических последствий – крайне мало, хотя бы потому, что их не может быть в достаточном для осмысления количестве.

 

* * *

После распада СССР и образования Содружества Независимых Государств должен был появиться новый тренд: либо на дальнейшую дезинтеграцию, либо на новую интеграцию. Хотя и распад СССР и единого экономического пространства ни одну республику ни к чему хорошему не привел, тем не менее, никаких импульсов реального сближения на всем протяжении 90-х мы не зафиксировали. С другой стороны, не было также результатов в обратном направлении, на пути к дальнейшей дезинтеграции: все попытки некоторых республик влиться в НАТО и ЕС по сей день остаются безрезультатными. Причина столь неестественной неопределенности кроется в отсутствии политической воли политических элит СНГ. Так, если дезинтеграционным процессам и входу некоторых республик в орбиту Запада или исламского мира сильно препятствует Россия, то для реинтеграционных процессов основной преградой являются национальные элиты. К примеру, для чубайсово-немцовской российской элиты, доминирующей в России вплоть до прихода Владимира Путина, националистического истеблишмента Украины и Грузии, Молдавии и других государств сама идея реинтеграции с прицелом на новое союзное образование была чем-то вроде ночного ужаса. Таким образом, полагаю, что столь неестественное подвешенное состояние в СНГ целиком можно приписать элитам постсоветских государств, в силу разных причин находящихся под влиянием разных центров силы мировой политики и не способных на осуществление необходимых шагов в политике для нужд своих же народов.

Конечно, в вопросе поведения постсоветских элит нельзя игнорировать и цивилизационный фактор. Советский Союз был полицивилизационной империей: до сих пор его бывшие республики блуждают между западным христианством и исламом, между Западом и Востоком. Лишь три республики – Эстония, Латвия, Литва – с распадом СССР естественным образом влились в лоно родной цивилизации. Самоопределение остальных по сей день находится в сложном процессе.

Таким образом, СНГ следует считать несостоявшейся организацией, ибо до сих пор оно не выполнило ни одну из своих вероятных миссий: если Содружество было образовано для оформления относительно цивилизованного развода, то этого мы не видим по сей день, видим лишь неудачные попытки некоторых членов удрать на Запад или куда-то еще; если миссией СНГ была реинтеграция на постсоветском пространстве, на этот раз добровольная и осознанная, то признаков этого мы также не видим по большому счету, за исключением инициативы трех государств (России, Белоруссии, Казахстана) наконец-то взяться за реальные дела. И не удивительно, что в СНГ мы наблюдаем беспрецедентные в мировой практике региональных объединений явления: например, отсутствие всяких отношений между Арменией и Азербайджаном, военные действия между Россией и Грузией (на тот момент еще члена СНГ), весьма сложные российско-молдавские, таджико-узбекские, киргизо-узбекские отношения.

И не удивительно, что все интеграционные проекты в СНГ еще в зародыше терпели крах, а нашедшие воплощение в подписанных бумагах ничего в реальности из себя не представляют. Рассмотрим этот вопрос поподробнее.

 

* * *

Известно, что самый прагматичный лидер в СНГ – президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. На протяжении 20 лет Назарбаев не раз выдвигал идеи, которые как воздух были нужны погибающей экономике постсоветского пространства. В частности, по его инициативе в 1993г. был подписан Договор о создании экономического союза. Он предполагал в конечном счете сформировать общий рынок товаров, услуг и капиталов. Однако подписанное всеми лидерами стран СНГ соглашение о зоне свободной торговли так и осталось на бумаге: его ратифицировали шесть государств, в числе которых не было... России, Украины и Белоруссии. Через полгода, в марте 1994г., Назарбаев в Москве предложил новый проект – образование Евразийского союза государств. Мотивировал он это тем, что СНГ не оправдывает возложенных на него надежд, а народам бывшего СССР необходимо было выйти из ступора, в котором они оказались после 1991г. А в 1998г. Назарбаев обратился к главам государств Содружества с новым проектом – подписанием полноценного договора о едином экономическом пространстве. Итог – ноль внимания со сторону лидеров СНГ.

Интеграционные процессы якобы развивались и в европейской части бывшего СССР. Итог – создание единого государства России и Белоруссии, о котором все говорят, но о котором никому ничего толком не известно. Заметим, что осуществлению этого проекта сильнейшее противодействие оказало ельцинское «либеральное» окружение, а также поддакивающие ему парламентские партии (типа «Яблока»).

В середине 90-х президент Ельцин, ощущая свои минусы вследствие ослабления России на международной арене и экспансии США, в преддверие выборов 1996г. заявил, что «не было и не может быть однополярного мира...» и отправился с визитом в Китай, где положил начало созданию Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Эта организация, имеющая в своих рядах две великие державы, громадный экономический потенциал, могла бы за 15 лет стать одним из влиятельнейших центров силы в мире. Однако до сих пор с ШОС мало считаются даже в региональных делах, а причина этого – тема отдельного разговора.

Тем не менее, в СНГ за 20 лет удалось создать несколько более или менее действенных структур. В их числе – Организация договора о коллективной безопасности, Евразийское экономическое сообщество, Таможенный союз Белоруссии, Казахстана и России, которые и по большому счету стали основанием для серьезных разговоров по созданию Евразийского союза.

Однако ближайшее рассмотрение сущности этих организаций приводит к выводу, что они скорее носят декларативный характер. Яркий образец геополитического популизма – ОДКБ. Создавалась она как аналог НАТО, с похожим уставом, где членам вменяется обязанность вступать в боевые действия на стороне союзника в случае агрессии с третьей стороны. Заметим, что членствуют в ОДКБ, помимо России, Армении и Белоруссии, еще и исламские страны Центральной Азии, которые всегда и везде на международной арене высказывались в пользу Азербайджана в вопросе карабахского урегулирования (видимо, сказывается цивилизационное, тюркское родство). И ожидать от них бомбардировки Баку в случае азербайджанской агрессии, как мне кажется, было бы верхом политического экспрессионизма.

И отнюдь не удивительно, что к ОДКБ относятся, мягко говоря, несерьезно как Турция и Азербайджан, так и Запад, который предпочитает молча игнорировать существование в мире подобного военно-политического объединения, как и в случае с ШОС. Во всяком случае, лично мне не известен хотя бы один случай перманентных военных угроз в адрес союзника Соединенных Штатов (скажем, Бельгии) со стороны третьего государства-не члена Североатлантического альянса. Комментарии, как говорится, излишни…

 

* * *

В 2007г. в Мюнхене, выступая на международном форуме по безопасности, Владимир Путин, будучи президентом РФ, заявил мировому сообществу, что Россия впредь не будет терпеть реалий однополярного мира. Это была своеобразная программная речь, и Запад осознал ее серьезность уже через год, в августе 2008г., когда российские войска пресекли разработанный в Пентагоне военный план по насильственному восстановлению территориальной целостности Грузии. Путин вообще-то лидер, умеющий ходить в ногу с общественным мнением: начиная со второй чеченской кампании общественное мнение России и стран СНГ все более отчетливо высказывалось в пользу реинтеграции. И если Путин как лидер великой державы видел гвоздь реинтеграции в основном в сфере геополитики и глобальной безопасности, то казахский лидер Назарбаев рассматривает ее исключительно сквозь призму экономического прагматизма, хотя и не исключает, что со временем это может привести и к политической интеграции, как в случае с Евросоюзом, который когда-то был Европейским экономическим сообществом, «общим рынком». Вот что пишет Назарбаев в своей статье «Евразийский союз: от идеи к будущему истории»1 о своих долгих попытках установить «царство разума» на постсоветском пространстве: «Мой подход к евразийству, преломленный к конкретным историческим условиям рубежа ХХ и ХХI веков, базировался на следующих принципах.

Во-первых, не отрицая значения культурных и цивилизационных факторов, я предлагал строить интеграцию прежде всего на основе экономического прагматизма. Экономические интересы, а не абстрактные геополитические идеи и лозунги, – главный двигатель интеграционных процессов. Поэтому первооснова будущего Евразийского союза – единое экономическое пространство как масштабный ареал совместного успешного развития наших народов.

Во-вторых, я всегда был и остаюсь сторонником добровольности интеграции. Каждое государство и общество должно самостоятельно прийти к пониманию, что в глобализирующемся мире нет смысла бесконечно упиваться собственной самобытностью и замыкаться в своих границах. Добровольная интеграция, исходя из интересов народа и страны, – вот кратчайший путь к процветанию.

В-третьих, Евразийский союз я изначально видел как объединение государств на основе принципов равенства, невмешательства во внутренние дела друг друга, уважения суверенитета и неприкосновенности государственных границ.

В-четвертых, я предлагал создать наднациональные органы Евразийского союза, которые бы действовали на основе консенсуса, с учетом интересов каждой страны-участницы, обладали четкими и реальными полномочиями. Но это никоим образом не предполагает передачу политического суверенитета. Это аксиома. Именно таким был успешный опыт создания Европейского союза, основой которого было равенство партнеров по интеграции.

Все эти аспекты были детально изложены в пакете моих предложений, направленных всем главам государств СНГ. В те дни я получил многочисленные позитивные отклики на мою евразийскую инициативу от общественности практически всех постсоветских стран. Но ее оказались не готовы предметно обсуждать политики. Возможно, это было закономерно. Волна эйфории от обретения долгожданной независимости не позволила тому поколению лидеров стран СНГ увидеть долгосрочный потенциал идеи евразийской интеграции».

Таким образом, в подходах Путина и Назарбаева мы видим определенную (хотя и не декларируемую) разницу: если Назарбаев говорит, что в основе его концепции Евразийского союза «всегда был и остается прагматичный подход, отрицающий любые формы насилия политики над экономикой, какими бы благими намерениями или целесообразностями они ни прикрывались...»2, то Путин рассуждает так же, но чуть иначе: «Мы предлагаем модель мощного наднационального объединения, способного стать одним из полюсов современного мира и при этом играть роль эффективной «связки» между Европой и динамичным Азиатско-Тихоокеанским регионом. В том числе это означает, что на базе Таможенного союза и ЕЭП необходимо перейти к более тесной координации экономической и валютной политики, создать полноценный экономический союз»3.

Разумеется, Путин понимает, что без политического фундамента Евразийский союз не состоится и его будет ожидать участь СНГ, в чем лично он не заинтересован, так как сегодня нет надобности строить ширму вместо рухнувшего СССР. А «мощное наднациональное объединение» не будет функционировать без наднациональных органов управления, что предполагает отказ от части суверенитета стран-участниц. Получается, что руководствуясь исключительно экономическим прагматизмом, без политического союза не обойтись, ибо развитие в согласии с экономическим прагматизмом неизбежно приводит, скажем, к единому экономическому пространству с единым таможенным законодательством, единой валютой, единой кредитно-денежной политикой и т.д. и т.п. Как видим, от экономического прагматизма до политического союза – полшага, а история других региональных объединений – яркое тому подтверждение (к примеру, Евросоюз).

 

* * *

Насколько далеко смогут пойти потенциальные члены Евразийского союза в процессе политической интеграции? Полагаю, разумным был бы тот уровень, который необходим для полноценного функционирования экономического союза, ибо уровень ниже этой отметки поставит под угрозу саму идею Евразийского союза. Следует надеяться, что политической воли и политического прагматизма Путину, Лукашенко и Назарбаеву хватит для реализации столь масштабного проекта.

Тем не менее, история постсоветской интеграции, точнее, ее попыток оставляет мало надежд на то, что Евразийский союз состоится: не хватает ни суверенности государствам-потенциальным участникам, ни определенности в элитах, ни политической воли. Зато хватает недовольства Запада – главного архитектора политической действительности на просторах бывшего СССР...

 

* * *

Но проявим больше оптимизма и предположим, что все-таки идея Евразийского союза шаг за шагом начнет реализовываться. Какие подводные рифы ожидают ее на этом сложном пути?

Полагаю, инициаторам Евразийского союза следовало бы избежать ошибок, допущенных основателями Евросоюза, а именно: категорически нельзя расширять Евразийский союз за счет кого попало. Например, таким государствам, как Киргизия и Таджикистан в обозримом будущем противопоказано (с учетом макроэкономического состояния) членство в организации: они станут для Евразийского союза обузой наподобие той, чем стали новые члены Евросоюза для старой европейской семьи. Экономист Милтон Фридман предрекал развал ЕС после введения евро, мотивируя тем, что принципиально невозможно осуществлять единую кредитно-денежную политику в объединении государств с различными уровнями безработицы, инфляции, ВВП и т.п. Хотя сегодня и не видим намерений пересмотра базовых принципов расширения ЕС, но тем не менее, кризис в ЕС и особенно в еврозоне сегодня многих подталкивает к переосмыслению 20-летнего пути, положившего начало форсированному расширению европейской семьи.

Полагаю, Белоруссия, Россия и Казахстан должны втроем образовать Евразийский союз: уровень их экономического развития приблизительно одинаков, у них есть достаточный потенциал неиспользованных производственных мощностей и прочего экономического потенциала, которые непременно задействуются в случае создания реального единого экономического пространства. Что же касается других потенциальных членов, то, думаю, с этим надо подождать. Наиболее вероятные участники Евразийского союза (с экономической точки зрения) в ближайшем будущем – Армения и Азербайджан. Однако участие обеих враждующих стран в союзном образовании, конечно же, гипотетически невозможно. К тому же нет ясности в их намерениях относительно членства, хотя и есть одобрительные высказывания на этот счет армянской стороны. Полагаю, Азербайджан не будет особо стремиться туда, что же касается Армении, то ей следовало бы поторопиться и от декларативных заявлений приступить к конкретным делам, тем более что с согласием принимающей стороны проблем не будет.

Но прежде Армении следовало бы определиться с самой собой, разобраться с несуразностями внутренней политической действительности. Сегодня Армения живет ради выборов, создается впечатление, будто Бог создал это государство только для того, чтобы элита занималась выборами, привлекая к этому важному делу все население. Так что в ближайшие полтора года ждать от армянского руководства конкретных, реальных шагов в процессе интеграции в Евразийский союз не придется. Ограничатся лишь декларациями.

Есть и другая помеха – западное сообщество. Известно, что сегодня Запад имеет колоссальное влияние на определение внутренней политики Армении, не говоря уже о внешней. Сумеет ли политическое руководство страны противостоять западному давлению и последовать собственным интересам? Сумеет ли выйти «чистым» из двух выборных кампаний и не стать объектом разбирательств в международных инстанциях? Сумеет ли предотвратить раскол в обществе в поствыборный период, нейтрализовав «два вида оппозиций» и не допустив повторения событий 2008г.? Сумеет ли хоть как-нибудь наладить дела в экономике и социальной сфере, обуздав алчность олигархии и продажность бюрократии? Сумеет ли не поддаться на азербайджанские провокации на линии соприкосновения и избежать новой войны? Наконец сумеет ли обзавестись хоть какой-то степенью общественной поддержки, без которой крайне сложно инциировать на международной арене новые проекты?

Без решения этих и других не менее значимых вопросов членство Армении в Евразийском союзе станет нереальным: будут лишь теплые декларативные заявления насчет любви к интеграции и отношениям с Россией. А членство Армении в Евразийском союзе в столь сложный период на континенте нам необходимо, в котором лишь декларативными заявлениями нам не оказаться.

 

1http://www.izvestia.ru/news/504908

2Там же.

3http://izvestia.ru/news/502761

Share    



Оценка

Как Вы оцениваете статью?

Результаты голосования
Copyright 2008. При полном или частичном использовании материалов сайта, активная ссылка на Национальная Идея обязательна.
Адрес редакции: РА, г. Ереван, Айгестан, 9-я ул., д.4
Тел.:: (374 10) 55 41 02, факс: (374 10) 55 40 65
E-mail: [email protected], www.nationalidea.am