Главная страница
Главная страница
Հայերեն | Русский    Карта сайта
RSS News RSS
  От издателя
Ретроспектива Ретроспектива
Хроника месяца и обзор номера Хроника месяца и обзор номера
Мир за месяц Мир за месяц
Жемчужины отечественной мысли Жемчужины отечественной мысли
Политика Политика
Геополитика Геополитика
СНГ СНГ
Государство и право Государство и право
Общество и власть Общество и власть
Экономика Экономика
Полемика Полемика
Наука и образование Наука и образование
Культура и искусство Культура и искусство
История История
Город и провинция Город и провинция
Политические портреты Политические портреты
Воспоминания Воспоминания
Цитаты от классиков Цитаты от классиков
Пресса: интересное за месяц Пресса: интересное за месяц

 Статьи


Государство и право

Государство и право
Август 2008, N 5

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО: БЛАГО ИЛИ ЗЛО?

Артем Хачатурян, директор Центра политических исследований

 

Сама постановка вопроса в подобном ключе может натолкнуть на ряд маргинальных мыслей. Однако будем руководствоваться следующим соображением: международное право – объективная необходимость, нуждающаяся в постоянных пересмотрах с целью его приспособления к духу времени. В противном случае международное право превращается в бедствие для народов мира, порождая несправедливость и международную напряженность.

 

Итак, начнем с констатации некоторых фактов.

Истоки международного права восходят, вероятно, к тем древнейшим временам, когда закончилась первая война между двумя государствами, и было достигнуто соглашение о мире. Государства, будучи индивидуальностями на мировой арене, в той же мере нуждаются в праве, как и люди, ибо естественное состояние, при котором действует право сильного, а точнее бесправие, им чуждо. Любое сосуществование нуждается в регулирующих нормах, а когда в мире не одно, а два и более государств, то в повестку дня входит вопрос об их взаимоотношениях, которые определяются некими нормами, в соответствии с договоренностями между ними.

Каждая эпоха вносила свою лепту в развитие международного права, и сегодня оно разительно отличается от того, что имелось в древности или в средние века. Сегодня международное право – глобальная совокупность норм, регулирующих отношения между государствами с претензией на установление глобального мирового порядка. Универсальные организации типа ООН частично выполняют роль мирового правительства, и, членствуя в них, каждое государство добровольно лишается части своего суверенитета, признавая (в том числе) верховенство международных правовых норм над собственными. Это довольно важный момент, и следовало бы заметить, что еще 100 лет назад в международном праве он отсутствовал. Этот феномен внес существенные нюансы в мировую политику: сегодня даже самая великая держава не в состоянии действовать на мировой арене вне правовых рамок, и каждое свое действие обязана хотя бы приводить в согласие с ним формально. Однако сегодня я бы хотел поговорить о другом. Речь пойдет о международном праве как реальном тормозе историко-цивилизационного развития и стимуляторе межнациональных конфликтов. Это обстоятельство, на мой взгляд, должно вызывать тревогу, однако в мире не наблюдается  признаков беспокойства. Полагаю, это довольно серьезный вопрос, и мы постараемся обосновать его актуальность.

 

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО КАК ПРЕПЯТСТВИЕ ДЛЯ НАЦИОНАЛЬНО-ГОСУДАРСТВЕННОГО СТАНОВЛЕНИЯ

 

В начале прошлого столетия в мире насчитывалось порядка 20 государств, сегодня – более 200. Что же произошло на самом деле? Во-первых, распались колониальные империи, их колонии приобрели самостоятельность и в условиях государственного суверенитета вступили в фазу национально-государственного становления. Во-вторых, зародились новые нации и народности. В этой связи выскажу несколько соображений.

Первое. Не знаю почему, но в мире сегодня действует убеждение, будто бы процесс зарождения наций и народностей благополучно завершен. Если евреи появились 40 веков назад, армяне – 26, а история современных европейцев насчитывает где-то 10-12 столетий, то отсюда можно легко догадаться, что народы мира на самом деле не произошли одномоментно, а зародились в результате длительного развития и в различные эпохи. Следовательно, говорить о том, что отныне и до скончания века на планете не появится ни один новый народ, ни одна новая нация, – мягко говоря, несерьезно. Еще 100 лет назад никому бы в голову не пришло, что в начале XXI века в Центральной Азии появится крупнейшая региональная держава с территорией в 2,7 млн квадратных километров, а титульная народность – казахи – сформируются как  полноценная нация вследствие национальной политики и федеративного устройства СССР. Сегодня, как видим, все это есть в реальности. Или же возьмем киргизов, белорусов, украинцев, молдаван, черногорцев, македонцев, кенийцев, танзанийцев и т.д. и т.п. Подобных примеров можно привести множество, однако, думаю, достаточно и сказанного. 

Второе. В мире сегодня практически не осталось бесхозных территорий – каждый квадратный километр планеты прикреплен за конкретным государством. Территориальная целостность государств охраняется международным правом: нерушимость границ – один из его основополагающих принципов. На первый взгляд, ничего негативного в этом быть не может, однако если учесть и то, что на территории 200 государств обитают порядка 2000 наций и народностей, каждая из которых находится в процессе развития и становления или же только что вошла в стадию формирования, то придется констатировать, что   рано или поздно в повестку дня войдет вопрос о государственном суверенитете, а именно – собственной территории в ущерб другим государствам, территориальная целостность которых строжайше охраняется международным правом. Ибо государство – всеобщая политическая организация, обладающая территорией, суверенитетом во внешних и внутренних делах. Но если суверенитет – понятие относительное, то наличие территории обязательно и безусловно. В этой связи интересно было бы вкратце рассмотреть народы, способные на сегодняшний день основать собственные государства. Для наиболее полного представления обратимся к Индии.

Численность народа маратхи составляет более 80 миллионов человек, то есть больше, чем в Германии – крупнейшей мировой державы. Заметим, что это вполне состоявшийся народ с многовековой историей: имеет язык, письменность, большинство исповедует индуизм, есть также последователи ислама, христианства, джайнизма.

Тамилы. В мире их около 77 миллионов. Исповедуют индуизм, возникла даже специфическая ветвь индуизма – айявари (ее придерживаются порядка 10% тамилов), есть и мусульмане. Имеют собственный язык, на котором написана обширная литература, известен тамильский кинематограф.

Ория. Численность – 35 миллионов. Язык принадлежит к восточной подгруппе индоарийской группы. 95% ория исповедуют индуизм.

Синдхи. Численность – 45 миллионов. Большинство исповедует ислам суннитского толка. Имеют развитую культуру, пропитанную влиянием македонцев, тюрков, арабов, афганцев, вторгавшихся на их территории на протяжении истории (кстати, клан Беназир Бхутто происходит из синдхов).

Замечу, что мы говорили об отдельных этнических единицах – состоявшихся многомиллионных народах, каждый из которых имеет собственный язык, письменность, своеобразную культуру, многовековую историю. Не имеют они лишь государственности, однако, полагаю, дело за этим не станет. Сегодня в Индии не наблюдается сепаратистских тенденций, однако, думаю, это вопрос времени. Замечу также, что в Индии есть много других состоявшихся народов, менее малочисленных (такие, как, скажем, кхаси, санталы), но важно понять, что их малочисленность – самое последнее, что сможет стать препятствием на пути создания собственного государства.

Далее, в Китае серьезную головную боль причиняют уйгуры. Уйгурский сепаратизм имеет солидного внешнего спонсора – Турцию. Однако унитарный Китай жестко подавляет волнения: ежегодно там отправляют за решетку порядка 100 сепаратистов. Как долго сможет Китай противодействовать национальному самосознанию уйгуров – неизвестно. Известно то, что желание расчленить Китай на Западе имеется, хотя и не в столь явной форме. Следует полагать, в будущем, по мере роста сепаратистских настроений среди уйгуров, более явные очертания обретут и источники внешней подпитки.

Более серьезной проблемой являются курды для Турции. То обстоятельство, что Турецкая Республика до сих пор не подверглась расчленению, является скорее исключением из правил, а не правилом. И в этом вопросе весомую роль играют, видимо, членство Турции в НАТО и ее стратегическое союзничество с США. Полагаю, как только на Западе появится желание скорректировать территорию Турции и создать курдское государство, так сразу же оно станет реальностью: многомиллионный курдский народ, не славящийся к тому же особой цивилизованностью, с оружием в руках довольно оперативно решит вопросы своей государственности.

Белуджи, езиты и азербайджанцы в Иране, где титульная нация не превышает 55% населения,  были бы не прочь обзавестись собственной государственностью. Препятствием к этому является тоталитарная сущность иранского государства, жестко пресекающего все сепаратистские тенденции, а также, вероятно, ислам как идея Исламской революции, своеобразный прообраз национальной идеи, сумевший сплотить народ. Однако сложно сказать, как долго продержится нынешняя ситуация, и чем завершится процесс национального становления в многонациональном Иране.

До сих пор мы говорили о старых и состоявшихся народах. Однако есть и новые, зарождающиеся на наших глазах. Только на постсоветском пространстве и Восточной Европе можно назвать десятки новых народов: из недр Российской империи  и СССР вышли казахи, киргизы, узбеки, молдаване, белорусы, украинцы, азербайджанцы. На Балканах процесс национального становления идет тем же ходом: федеративное устройство Югославии и национальная политика Тито фактически спровоцировали зарождение новых наций. Таким образом, более чем очевидно, что рождение наций и народностей – вечный беспрестанный процесс. Следовательно, беспрестанным является и процесс зарождения государственных образований: если, скажем, сотни лет маратхи и курды довольствовались существованием в чужих государствах, то это вовсе не означает, что так будет продолжаться и впредь.  

 

Но как же строить новые государства, если препятствием тому является международное право? Очевидно, что территория Земли ограничена, и образование новых государств возможно лишь путем перекраивания территории существующих. Также очевидно, что другой принцип международного права – принцип самоопределения – явно уступает по своему применению первому – территориальной целостности и нерушимости границ. Фактически получается, что международное право, призванное по идее обеспечивать правовое сосуществование государств, на самом деле является не чем иным, как серьезным тормозом в процессе становления и формирования новых народов, ибо лишает их возможности обзаведения собственными государствами.

Тем самым международное право провоцирует войны и стимулирует их. Война – это выход за рамки права и попытка устранить разногласия посредством насилия и грубой силы. Здесь следовало бы заметить, что война, будучи нарушением права, играет существенную роль в историческом развитии. Она является шагом вперед, после нее рушится прежнее устройство, ставшее обузой для людей, и воздвигается новая конструкция, более соответствующая духу эпохи. В XX веке сформировались два миропорядка, просуществовавшие десятки лет, и оба появились по итогам мировых войн. Как видим, когда драматическая ситуация не находит разрешения в правовом пространстве, ибо слишком безжизненны нормы права, тогда в дело вступает насилие и рушит их, а затем вырисовывается новая реальность, в которой уже доминируют новые веяния новой эпохи, под которую в дальнейшем приспосабливается право.

Вообще-то должен сказать, что всякое развитие, всякий рывок становятся возможными лишь по итогам нарушения права. Например, 18-ое брюмера Наполеона есть не что иное, как уголовно наказуемое деяние, за которое людей обычно сажают на долгие годы.   Однако сложно представить, что было бы с Францией и всей Европой, не будь этого государственного переворота, положившего начало созданию новой Европы.

Таким образом, вне зависимости от того, что декларируется международным правом и что им устанавливается, историческое развитие будет протекать в соответствии с собственным сценарием, ибо обусловлено оно более высшими силами, нежели люди, устанавливающие правовые  нормы. Международное право, охраняющее мировой порядок в стабильные времена и препятствующее историческому развитию, уступает свою роль насилию на стыке эпох, когда правовые нормы не в состоянии санкционировать наступление новой эпохи и всячески этому противодействуют.

 

До сих пор мы говорили о губительности международного права для процесса формирования новых наций и народностей, а также создания ими национальных государств. Как было изложено выше, на самом деле это большой опасности не представляет, ибо всегда и везде историко-цивилизационное развитие найдет способы устранения всевозможных препятствий. Однако подлинная губительность международного права кроется в другом. Речь идет о территориальных спорах между государствами – субъектами международного права, и внутри их.

 

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО КАК СТИМУЛЯТОР

 МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫХ КОНФЛИКТОВ

 

Здесь мы сталкиваемся с правовым произволом. Это явление иногда называют двойными стандартами. Дело в том, что сколько бы мы не говорили о международном праве, все же сложно согласиться с тем, что оно позитивно. То есть оно не функционирует единообразно и однообразно, вне зависимости от объекта правоприменения.  Определяющую роль здесь играют геополитическая конъюнктура и интересы великих держав – определителей и надзирателей международного права. На наших глазах в соответствии с некоторыми правовыми нормами была расчленена Югославия, а затем и Сербия (кстати, думаю, что процесс уничтожения Сербии еще не завершен). Запад признал отделение Косова – исконной сербской территории, населенного в своем большинстве албанцами, тогда как не признает фактическое  отделение от Азербайджана Карабаха – исконной армянской территории, заселенной на данный момент на 100% армянами. Запад также противится признанию Абхазии, Южной Осетии, Приднестровья. Заметим, что как правовых, так и исторических оснований на независимость у постсоветских «мятежных» территорий не меньше, чем у Косова, однако, как видим, в случае с образованием новых государств или воссоединения национальных меньшинств с исторической родиной великие державы руководствуются уже не правовыми нормами, а скорее всего собственными интересами.

По существу мы имеем дело с крайне безнравственным, крайне несправедливым подходом, противным духу и логике исторического развития. Когда великие державы в прошлом вершили судьбами малых народов, то это было понятно, ибо делалось это насилием и открытыми войнами. Однако сегодня роль насилия отводится международному праву, что уже пахнет безнравственностью. Американцы говорят: не может косовский прецедент быть использован для разрешения армяно-азербайджанских, грузино-абхазских, грузино-осетинских и молдавских противоречий.  Говорят именно так, потому что обратное чуждо их национальным интересам, а приводимые доводы, мягко говоря, неразумны и есть на самом деле демагогия.  

Однако следование великими державами сиюминутным интересам и их соблюдение в конечном счете практически ничего не решают. Упорный отказ осетин на протяжении 15 лет остаться в составе Грузии, а также упорное нежелание Запада примириться с реальностью, как и упорное стремление Грузии любой ценой восстановить территориальную целостность в конце концов дело довели до грандиозной трагедии. Произошел вооруженный конфликт, в котором не оказалось победителей: разгромлена грузинская армия, а по грузинскому самолюбию нанесен непоправимый удар. Разрушена Южная Осетия, грузины своей цели не достигли. Запад проиграл, а Россия в принципе ничего не выиграла, разве что испортила отношения с Западом. Подобный исход несколько странен, ибо изначально в сущности конфликта имеется наличие будущего победителя. Так где же он, и почему же  скоротечная война его не обнаружила?  

Проблема в том, что отношение международного права и его определителей к постсоветским отделившимся территориям можно охарактеризовать одной фразой: насилие над народами. Мы имеем дело со случаем, при котором позитивное право вторгается в сферу естественного права, что, разумеется, непозволительно и не приводит к успеху. Ведь любовь и ненависть, уважение и неуважение есть по сути неотчуждаемые естественные права человека: принуждением государственной власти или же международного сообщества его невозможно лишить любви или ненависти, тогда как собственности или жизни он может быть лишен приговором суда.

Напряженность конфликтов на постсоветском пространстве еще долго будет сохраняться благодаря международному праву и усилиям его надзирателей. Временами ситуация будет выходить из-под контроля, порождая нестабильность в регионе и проблемы во взаимоотношениях между великими державами. Катастрофа в Грузии еще не исчерпала себя: позади лишь первый этап, в ближайшем будущем следует ожидать продолжения сериала. И так будет продолжаться до тех пор, пока нынешние механизмы разрешения конфликтов не покажутся смехотворными и окончательно не вызовут отвращения у людей, в том числе и у представителей западного сообщества. Тогда, быть может, в международном праве появятся более вменяемые нормы, позволяющие ему не перечить процессам естественного историко-цивилизационного развития и не противоречить духу эпохи. Хотелось бы надеяться, что до этого счастливого момента мы доживем без особых издержек, хотя и на сегодняшний день поводов для такого оптимизма нет…

Share    



Оценка

Как Вы оцениваете статью?

Результаты голосования
Copyright 2008. При полном или частичном использовании материалов сайта, активная ссылка на Национальная Идея обязательна.
Адрес редакции: РА, г. Ереван, Айгестан, 9-я ул., д.4
Тел.:: (374 10) 55 41 02, факс: (374 10) 55 40 65
E-mail: [email protected], www.nationalidea.am