Главная страница
Главная страница
Հայերեն | Русский    Карта сайта
RSS News RSS
  От издателя
Ретроспектива Ретроспектива
Хроника месяца и обзор номера Хроника месяца и обзор номера
Мир за месяц Мир за месяц
Жемчужины отечественной мысли Жемчужины отечественной мысли
Политика Политика
Геополитика Геополитика
СНГ СНГ
Государство и право Государство и право
Общество и власть Общество и власть
Экономика Экономика
Полемика Полемика
Наука и образование Наука и образование
Культура и искусство Культура и искусство
История История
Город и провинция Город и провинция
Политические портреты Политические портреты
Воспоминания Воспоминания
Цитаты от классиков Цитаты от классиков
Пресса: интересное за месяц Пресса: интересное за месяц

 Статьи


Культура и искусство

Культура и искусство
Апрель 2008, N 1

КАМО ГРЯДЕШИ?

Гаяне Маргарян, кандидат искусствоведения, доцент Ереванской государственной консерватории

 

НАЦИОНАЛЬНОЕ И НАДНАЦИОНАЛЬНОЕ В КУЛЬТУРЕ 


В процессе исторического развития культуры возникает парадоксальная ситуация: с одной стороны, она носит интернациональный характер, а с другой – ощущается настоятельная потребность в ее национальной идентификации, осознании неповторимости культуры каждого народа. Оба эти процесса живут и развиваются единовременно. Такова особенность динамического развития национальных культур в рамках культуры всемирной. Попытки выразить национальное своеобразие искусства в разные исторические периоды именовались по-разному. Мировая культура в своих лучших проявлениях многообразна и опирается на признание единства и многоликости социокультурного процесса.
В изучении культуры долгое время господствовал европоцентристский подход, суть которого сводилась к тому, что поскольку Европа реализует рационалистическую модель, то ей и должна принадлежать историческая миссия определения пути развития всех других культур. Но именно признание самоценности каждого отдельно взятого народа в различные периоды его развития, осознание неповторимости его духовной культуры и есть определенный стимул к дальнейшему развитию каждого из них. Понятие «национального» в армянской культуре представляет собой историю древнеармянской и народной традиции в лоне европеизированной культуры России Нового времени. В этом процессе, безусловно, важна первоочередная роль народного как одного из источников, подпитывающих национальную культуру.

 
А БЫЛА ЛИ АРМЯНСКАЯ СОВЕТСКАЯ КУЛЬТУРА?


Перефразируя сакраментальную фразу Горького («а был ли мальчик?»), попытаемся ответить на важный для нас вопрос. Сегодня стало правилом хорошего тона убирать эпитет «советская» перед выражением «армянская культура», полностью игнорировать его, как будто не в советский период в истории армянской культуры зародились целые направления и жанры, о которых в предыдущий исторический период невозможно было даже мечтать, и не в Советской Армении жили и творили многие из выдающихся деятелей армянской культуры. Так, к примеру, при упоминании одного из классиков XX столетия – Арама Хачатуряна, в последние годы явно ощущается интенция исключить из привычного словосочетания «советский армянский композитор» первую его часть. А ведь мы не вправе забывать того, что он был именно советским композитором. Более того, на Западе Хачатуряна признают мастером… русской симфонии и русского балета, продолжателем великих традиций Чайковского, Прокофьева и Стравинского. Здесь нелишне было бы напомнить слова испанского мыслителя Хосе Ортега-и-Гассета: «Неблагодарность – самый тяжкий из людских пороков. Я так уверенно говорю «самый», потому что сущность человека заключается в его истории и, стало быть, всякое пренебрежение историей самоубийственно... Беспамятство, безразличие к прошлому приводит ... к возвращению варварства»1.
Общеизвестно, что сознательное обращение к армянской традиции произошло именно в лоне советской культуры. Более того, во многом советская культура и по сей день остается для нас мощным ориентиром и будет таковым до тех пор, пока мы не выработаем своих, оригинальных подходов в искусстве и науке. Но противоречия переходного периода отчетливо выразились в сфере духовной жизни армянского общества, которое до сих пор испытывает на себе прямое и косвенное влияние экономического и социально-политического хаоса, господствующего в тот тяжелый для нашей страны период.

КУЛЬТУРУ НАДО НАСАЖДАТЬ

Дело в том, что культура – это тончайшая сфера жизнедеятельности человека, накопления в которой являются длительным мучительным процессом и которая особенно чутко реагирует на резкие «перепады» настроений в обществе, приводящие к весьма трудновосполнимым потерям. Как известно, катастрофа наступает не только вследствие социальных катаклизмов, но и как результат вырождения культурной элиты. В такие периоды и зарождается особый тип деструктивных действий, крайне опасных для цивилизации, потому что производятся они, главным образом, самодеятельностью «низов». Всякая цивилизация есть органическое единство, объединяемое определенным комплексом идей. Выработка последних является основным содержанием цивилизационного процесса как творчества. Но это не может быть уделом основной массы общества, которая безынициативна и порой стремится к подражательству. Она – прерогатива «интеллектуальной элиты», лидерство которой должно проявляться в интеллектуальном творчестве, а не в имущественной или иной сферах. Вместе с тем господство интеллектуальное не даст должных плодов, если будет отсутствовать некий механизм политической власти, который позволит принуждать безразличную к творчеству толпу усваивать добытые для нее ценности. Цивилизованным может считать себя то общество, в котором налажен своеобразный механизм производства культурных ценностей одной частью общества с их последующим усвоением другой и прилива новых творческих индивидов из общей массы живущих в стране людей. В процессе творчества (создания, воспроизведения и использования культурных артефактов) человек втягивается в так называемое «поле культуры», в результате чего у него появляется и развивается духовно-культурное восприятие действительности, и он становится составной частью богатого духовного мира, который был создан им и будет существовать столько, сколько будет существовать сам человек. Когда этот процесс приостанавливается (свидетелями чего мы являемся сегодня), очередной «запуск» его требует немалых усилий.


СТОИТ ЛИ БЫТЬ ПРОФЕССОРОМ КОНСЕРВАТОРИИ?


Говоря о кризисе культуры в Армении, мы не должны забывать, что он является частью общемирового кризиса. Конец XX – начало XXI вв. на постсоветском пространстве – в частности, в Армении – предстает временем некоторой нивелировки, второстепенности значения культуры, которая на самом деле является решающей движущей силой развития цивилизованного общества. Но в развитых странах (к примеру, в России) сегодня, в начале XXI столетия, явно ощутимо стремление к реабилитации интереса к высокому искусству. Там разворачивается активная культурно-информационная работа по пропаганде эстетического образования. Государство ведет целенаправленную политику в вопросе поднятия и спасения культурного наследия. Общеизвестно, что решающую роль в этом вопросе должна играть образовательная система. Но сегодня и она переживает не лучшие времена. Если говорить о музыкальных учебных заведениях нашей республики, то надо заметить, что техническая база их быстро стареет, они не получают необходимой поддержки из республиканского и местных бюджетов, а говорить о заработной плате работников культуры просто неприлично (зарплата профессора Ереванской государственной консерватории почти вдвое ниже, чем у преподавателя средней школы, педагог музыкальной школы получает и того меньше, а уборщица в любом из ереванских банков получает на порядок выше всех их). В результате этого заметно сократилось число желающих обучаться в этих заведениях, что приведет (и уже привело) к значительному понижению общего уровня обучения и дальнейшему углублению и затяжке кризиса со всеми его тяжелыми последствиями.
Армения обладает немалым, мирового уровня, культурным наследием. При тоталитарном режиме культура находилась под жестким идеологическим контролем, который сегодня в основном снят, но одновременно резко сократилась государственная поддержка культуры, которая не может развиваться на чисто рыночных началах. Мы не можем не учитывать длительность и сложность процесса формирования новых поколений музыкантов, художников, режиссеров, артистов балета, театра, кино.... В одночасье понесенного нравственного ущерба не возместить, прерванное звено восполнять придется долго. Процесс накопления культурных ценностей сопоставим с культивацией английского газона. На вопрос одного из туристов английскому садовнику о том, как вырастить такой прекрасный газон, тот ответил просто: «Засейте газон, систематически очищайте его от сорняков и ежедневно поливайте, через 300 лет у вас будет такой же». Развитие культуры, на наш взгляд, требует к себе столь же трепетного отношения, как газон, и только в результате этого она (будем надеяться, не через три столетия) расцветет пышным цветом. Если кого-то из читателей покоробило наше сравнение, то заметим, что цели садовника и деятеля культуры аналогичны – первый культивирует газон,  второй культивирует свой народ.


НУЖНО ЛИ «ПРОПАЛЫВАТЬ» КУЛЬТУРУ?


Оставшаяся без заботы и «прополки» армянская культура за неполные два десятилетия стала обрастать «сорняками», которые разрослись столь буйно, что душат последние остатки некогда столь заботливо взращенных «культурных растений» (сказанное в равной степени можно отнести как к искусству, так и к науке). Может быть, нам стоит вернуться к столь часто охаиваемой старой системе цензуры (не убоимся этого столь пугающего нашу интеллигенцию слова), которая, кстати, уже задолго до развала империи играла не столько идеологическую, ограничительную, сколько «прополочную» роль. Она ставила преграды перед низкопробной «продукцией» как в  науке,  так и в искусстве. Цензор (лат. Сensor, от censeo – делаю опись, перепись) в Древнем Риме – одна из высших магистратур. Цензоров было два: избирались они раз в пять лет и осуществляли проведение ценза, надзора над нравами, контролировали политическую элиту римского общества и государственные финансы. Негативное отношение к цензуре и цензорам сформировалось в России с легкой руки русской интеллигенции XIX в., особенно тогда, когда цензура была передана в ведомство графа Бенкендорфа. Очевидно, что дело не в цензуре, а в том, кто и как ее осуществляет. Когда цензорами являются такие выдающиеся деятели культуры, как Тютчев, Карамзин и др., то они и превращаются в инструмент для «прополки» культурного пространства. Причем, предлагая вновь вернуться к институту цензуры (естественно, речь не об идеологической, а о культурной цензуре), мы имеем в виду весьма мягкую и щадящую цензуру, скорее консультативного характера, которая в императивном режиме отсеивала бы лишь наиболее одиозные образчики бескультурья.
К сожалению, за прошедшие более чем 15 лет сформировалась и укоренилась своеобразная идеология ненавязывания народу истинных ценностей, желание потрафить ему. Более того, наступление «сорняков» сознательно поддерживается и стимулируется некоторыми нашими идеологами, как западниками, так и «почвенниками», этакими квасными патриотами. Одни уверяют, что путь к Баху и Моцарту лежит через насаждаемую нашим телевидением западную маскультуру, другие убеждены, что к постижению Комитаса можно прийти через рабис (рабочее искусство, искусство пролетариев, а то и люмпен пролетариев). В такие прогнозы верится с трудом.


О ДЕГРАДАЦИИ,  ИЛИ КАК УДЕРЖАТЬ ПЛАНКУ?


Может, наша культура уже настолько деградировала, что не в состоянии удержать прежний уровень, и мы обречены следить за перипетиями заполонивших экран сериалов, заслушиваться «искусством» новоиспеченных §фабричных¦ звезд, выдаваемых поточной линией телевизионного конвейера, а в перерывах «любоваться» героями «большой, упитанной армянской свадьбы», внимая остроумным и весьма поучительным наставлениям телеведущей. Почему мы должны жить с оглядкой на некоего потребителя, который не интересуется «скучным» высококлассным искусством? Таким образом, мы оказываемся перед дилеммой: либо всем скопом опуститься ниже уровня среднестатистического, навязываемого нам доморощенными национальными идеологами, либо пытаться, как это было в прежние времена, поднять общий уровень культуры до мировых или, на худой конец, до наших прежних стандартов. Невольно возникает подозрение, что достойное лучшего применения упорство в стремлении идеологов увести нас от неких «чуждых» ценностей объясняется не столько патриотизмом, сколько их неспособностью соответствовать общемировым стандартам, следствием чего становится иной раз подсознательное желание опустить эти самые стандарты до своего уровня.
Как известно, восприятие серьезной музыки, литературы, серьезного кино требует душевных затрат и некоторых привычек, приобретаемых частым «потреблением» этих благ. Может быть, не надо потакать абстрактному зрителю, слушателю, читателю, опуская планку все ниже и ниже, может, лучше немного «потеребить» его, подтянуть до определенного уровня, достигнув которого он сам пожелает себе лучшего? К примеру, сегодня на армянском телевидении, за небольшими исключениями, не могут получить «путевку в жизнь» серьезные проекты, призванные просвещать народ в разных областях культуры и науки. Вероятно, стоит иметь один, два некоммерческих канала по типу французского круглосуточного «Mezzo» или российского «Культура», которые не побоятся быть скучными и станут элитными в истинном смысле этого слова.
Над утверждением новой нравственности, отвечающей ценностям будущей цивилизации, придется немало потрудиться ученым и педагогам, школам и семьям, служителям литературы и искусства. Не секрет, что в нашем обществе сокращаются число посетителей музеев, театров, библиотек, выпуск серьезной литературы (в отличие от океана гламурных журналов, не соблюдающих каких бы то ни было норм нравственности). Молодежь не идет в сферу культуры, талантливые исполнители стремятся уехать на Запад. В консерваторию, художественную академию, театральный институт и в другие заведения, «обслуживающие» культуру, молодежь, иной раз, идет ради факта формального обучения в вузе – отсюда нежелание серьезно заниматься «избранным делом», ведь большинство из них не станет работать по специальности. Исключение составляют наши любимые «звезды» отечественной эстрады, некоторые из которых после осознания своей «звездности» догадываются, что не плохо бы выучить нотную грамоту и заодно стать дипломированными музыкантами.


В ЧЕМ НАША СИЛА?


Через несколько месяцев после крушения СССР, когда мы перестали быть составной частью империи, в период страшного хаоса, господствовавшего в нашей стране, состояние культуры (как и многих других областей социально-общественной жизни) резко ухудшилось. Нам не преминули объяснить, что поскольку мы страна небольшая, то и «протягивать ножки должно по одежке». Отцы нации вдруг задались вопросом: нужны ли суверенной Армении государственный оперный театр, так много музыкальных и художественных школ, училищ, консерватория? Ведь у нас есть прекрасная народная музыка, которая должна исполняться на не менее прекрасных народных инструментах. Разве этого нам, армянам, нации с многовековой культурой, не достаточно?
Армяне всегда были культуроцентристской нацией. Сегодня мы не можем тягаться с великими державами в запуске космических кораблей и атомных подлодок, но культура, на наш взгляд, та сфера человеческой деятельности, где мы в состоянии соперничать с величайшими нациями мира. То, что армяне талантливый народ, – это не пустые слова. Не секрет, что наши ученые, музыканты, художники, артисты востребованы за пределами родины (диву даешься, как много талантливых детей есть у нас). Так зачем же нам не проявить себя в том, что нам под силу? Тем более что в Армении все еще немало энтузиастов – писателей, музыкантов, преподавателей, которые преданы своему делу и работают, не покладая рук, но все усилия их тщетны, если нет материальной поддержки спонсоров (меценатов). Меценатство как таковое, когда человек выкладывает деньги на нужды культуры из собственного кармана, у нас не распространено, впрочем, и спонсорство в этой сфере оставляет желать лучшего. Способность отдавать, жертвовать, дарить – особенный талант. История меценатства и традиции духовной культуры, искусства переплетены, связаны между собой. Еще в эпоху античности достойных почетных горожан Греции и Рима запечатлевали в камне великие античные скульпторы, поэтому их лики и сохранились в веках. Это были истинные республиканцы – те, кто внесли посильный вклад в общее дело (одно из значений res publiсa в переводе с латыни – «общее дело»). Если бы не действенная помощь короля Людвига Баварского, мир мог бы вовремя недооценить творчество Рихарда Вагнера. Как известно, увлекшись творчеством Вагнера, он основал для постановки его опер Байретский театр, сделавший имя композитора широко известным. Третьяковской галереей мир обязан братьям Третьяковым. Большинство фресок Врубеля не были бы созданы без поддержки Мамонтова, а Чайковский просто бы не выжил без поддержки аристократки фон Мекк. И таких примеров можно привести немало. Что же побуждало людей к таким поступкам? Видимо, истинный предприниматель не работает исключительно ради денег, его интересует не только положение в обществе и элите страны, куда всегда допущены люди искусства (ведь пространство общественных контактов так же важно, как и капитал), но ему не чуждо и чувство прекрасного, что толкает его на поступки, на которые способны только Личности.
Сегодня, к сожалению, меценатство иной раз выливается в форму «поощрения способнейших» (стипендии, премии и т.д.) или вознаграждения за определенные достижения в области культуры. На наш взгляд, это примитивнейшая форма поощрения. К сожалению, она не способствует «благородному соревнованию на пользу армянского искусства» и не является стимулом к его развитию. Ведь поощрения такого типа часто сводятся к компромиссам – не всегда способнейшие удовлетворяют требованиям. Результаты известны и понятны. Гораздо важнее удовлетворение простых материальных нужд культуры: бесплатное предоставление студентам и преподавателям училищ и консерватории концертных залов (пусть небольших), предоставление (хотя бы раз в год или в два) симфонических оркестров, материальной помощи при поездках молодых исполнителей на международные конкурсы (в случае, если последний получил приглашение на участие в нем); организация не только концертов известных приезжих и отечественных музыкантов, но и молодых, еще не столь известных, и т.д. Наконец, покупка (пусть недорогого) инвентаря для школ и училищ стимулирует развитие искусств более, чем довольно щедрые премии.
В наш прагматичный век на одной любви к искусству строить взаимоотношения творцов духовных и физических невозможно, тем более что не каждый талантливый музыкант, художник, артист одарен и изобретателен в «ловле жертвователей». Вероятно, нужны более конкретные шаги в этом направлении со стороны нашего правительства. Это могут быть какие-то поощрения: к примеру, в виде сокращения налогов с предпринимательской деятельности спонсоров или какая-нибудь другая форма воздействия, в результате которой жертвователь будет не в накладе после потраченных денег. Примеров таких взаимоотношений немало. Это показывает опыт меценатства, спонсорства (называйте как хотите) в европейских странах. Многие из известнейших всему миру оперных театров, концертных залов, художественных галерей содержатся исключительно силами спонсоров – меценатов (к примеру, всемирно известный итальянский оперный театр «Ла Скала» в Милане содержится в основном силами автомобильной компании «Фиат»). Но государство давно выработало и использует некие рычаги управления этим процессом, побуждающие к покровительству именно высокого искусства (многие поп-звезды, как известно, широкой материальной поддержкой не обделены). Может, и нам пришла пора подумать об этом, ведь все еще теплится надежда, что красота спасет мир!?..


POST SCRIPTUM


В СССР была довольно интересная традиция: создавать в каждой союзной республике оперные и драматические театры, филармонии, университеты, консерватории и т.п. Результатом этой культурной политики стало то, что сегодня на постсоветском пространстве мы видим народы, которые в своем культурном и политическом развитии в десятки раз опережают своих ближайших соседей, оставшихся за пределами этого цивилизационного поля. Возможно, если бы не советская власть, сегодня узбеки, казахи, таджики, азербайджанцы не намного отличались бы от пуштунов, пакистанцев и других исламских народов Центральной Азии по уровню своего культурного развития. Тотальное насаждение культуры, бывшее государственной политикой СССР, стало главным стимулом к формированию национального идентитета для большинства советских народов.

 


 

Share    



Оценка

Как Вы оцениваете статью?

Результаты голосования
Copyright 2008. При полном или частичном использовании материалов сайта, активная ссылка на Национальная Идея обязательна.
Адрес редакции: РА, г. Ереван, Айгестан, 9-я ул., д.4
Тел.:: (374 10) 55 41 02, факс: (374 10) 55 40 65
E-mail: [email protected], www.nationalidea.am